Взаимодействие защитника со следователем в досудебном производстве

3290
Как следователи могут использовать несовершенство закона в целях злоупотреблениями своими правомочиями. Каким образом защитник может противодействовать неправомерным действиям следователя при расследовании уголовного дела
   

Добровинский Александр Андреевич, к. ю. н., управляющий партнер МКА «Александр Добровинский и партнеры»

Предварительное расследование является основой уголовного судопроизводства. На предварительном расследовании участники уголовного судопроизводства вступают между собой в различные правовые отношения.

Поскольку следователь, с одной стороны, и адвокат защитник, с другой, выполняют прямо противоположные по целям и задачам функции обвинения и защиты, соответственно, они в большинстве случаев находятся в состоянии процессуального противостояния, сопряженного с неизбежным нарастанием конфликта интересов.

И адвокату защитнику необходимо четко понимать, когда в таком конфликте можно добиться для своего клиента (подзащитного) положительного исхода, а когда не следует усугублять и без того непростые взаимоотношения следователя и защитника.

Конфликтные ситуации, порождаемые пробелами в законе

Рассмотрим ситуации, когда конфликт защитника со следователем обусловлен неправомерными действиями последнего при применении закона, содержащего дефекты нормативного регулирования.

При ознакомлении с материалами дела. Одна из конфликтных ситуаций может возникнуть при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела в порядке ст. 217 УПК РФ.
Так, в ГУВД Москвы расследовалось уголовное дело в отношении С. Следователь уведомил защитника — адвоката Я. и обвиняемого С., что в определенный день будет проведено ознакомление с материалами уголовного дела. Обвиняемый С. содержался под стражей, поэтому защитник адвокат Я. заблаговременно прибыл в следственный изолятор, чтобы встретиться со своим подзащитным.
Однако в изоляторе адвокату сообщили, что обвиняемого С. перевели в другой следственный изолятор, ввиду чего ознакомление с материалами уголовного дела не состоялось. Следователь сказала адвокату защитнику, что она выяснит, куда перевели обвиняемого С., и уведомит защитника о новой дате выполнения требований ст. 217 УПК РФ.
Спустя 10 дней адвокат Я. узнал, что следователем уже было проведено ознакомление с материалами уголовного дела с участием другого адвоката защитника по назначению следователя в порядке ст. 51 УПК РФ. При этом обвиняемый С. отказался знакомиться с делом в отсутствие своего защитника адвоката Я. и отказался подписывать протокол ознакомления, отразив в этом протоколе свое несогласие с действиями следователя и адвоката защитника в порядке ст. 51 УПК РФ. Игнорируя требования адвоката Я. провести с ним ознакомление с материалами уголовного дела, следователь направила данное уголовное дело прокурору с обвинительным заключением.

В описанной ситуации неправомерные действия следователя порождали неизбежную конфликтную ситуацию, которой бы не возникло, если бы уголовно-процессуальное законодательство было более определенным и содержало бы четкие указания на негативные последствия для следователя в случае злоупотребления им своими полномочиями на стадии предварительного расследования. Отсутствие таковых позволило следователю фактически лишить обвиняемого С. его процессуальных прав, реализуемых при выполнении требований ст.ст. 217–219 УПК РФ.
Отметим, что в настоящее время судебная практика идет по пути потворства подобным действиям следователя. Если подсудимый заявляет, что был ограничен в реализации права ознакомиться со всеми материалами дела, суды первой инстанции не возвращают дело прокурору для организации правильного выполнения требований ст. 217 УПК РФ, а предоставляют обвиняемому возможность ознакомиться с материалами уже непосредственно в суде.
Такой подход не основан на законе, поскольку требования ст. 217 УПК РФ должны быть выполнены следователем, а не судом. Соответственно, суд должен принимать уголовное дело к своему производству только, если следователем в полном объеме выполнены все следственные и иные процессуальные действия, относящиеся к стадии досудебного производства. При этом обвиняемый и его защитник после ознакомления с материалами дела вправе заявить ходатайства о производстве дополнительных следственных действий, а в судебной стадии это право обвиняемого уже не может быть реализовано.

При предъявлении обвинения. Другое нарушение порядка уголовного судопроизводства связано с несоблюдением следователем процедуры привлечения в качестве обвиняемого.

В ГУВД Москвы расследовалось уголовное дело в отношении П. При предъявлении обвинения следователь не выполнил требований ч. 5 ст. 172 УПК РФ и не разъяснил обвиняемому П. существо предъявленного обвинения. Это весьма распространенная на стадии расследования практика, когда следователь игнорирует данную норму и не разъясняет существо обвинения, ограничиваясь формальным предоставлением обвиняемому и его защитнику возможности прочесть текст постановления о привлечении в качестве обвиняемого, из которого, к тому же, часто невозможно понять, что там сформулировал следователь и насколько этот текст обвинения соотносится с уголовным законодательством.

Приведенный пример показателен тем, что по данному уголовному делу сменилось более десяти адвокатов защитников, а обвиняемый П. два года содержался под стражей. Когда уголовное дело было направлено в Московский городской суд, то по ходатайству нового защитника данное уголовное дело было возвращено прокурору. После чего обвиняемому П. было предъявлено обвинение в новой редакции и защитник потребовал от следователя выполнения требований ч. 5 ст. 172 УПК РФ. Следователь так и не смог разъяснить существо обвинение, и следственное действие было отложено. В конечном итоге это уголовное дело было прекращено за отсутствием в действиях П. состава преступления.
Причиной привлечения невиновного П. к уголовной ответственности можно считать имеющуюся в законе неопределенность содержания обязанности следователя разъяснить существо предъявленного обвинения.
Таких примеров в практике каждого адвоката наберется не один десяток. И возникает вопрос: была ли у адвоката защитника реальная возможность не допустить нарушений законности со стороны следователя?
Можно ли было добиться устранения нарушения законности своевременно, сразу же, а не после того, как незаконно обвиненный человек проведет не один месяц под стражей?
А если следователь все-таки нарушает закон, то, имеются ли в распоряжении адвоката защитника эффективные способы противодействия неправомерным действиям следователя и, в идеале, наделяет ли закон адвоката защитника действенными средствами пресечения нарушений законности со стороны должностных лиц органов расследования?

Что может предпринять защитник, если следователь нарушает закон

Судебное обжалование. Считается, что уголовно-процессуальный закон предоставляет возможность судебной защиты от незаконных действий органов предварительного расследования. Существует специальный порядок судебного обжалования, установленный ст. 125 УПК РФ.
Основная трудность при реализации этого способа защиты от неправомерных действий следователя — нормативно неопределенная самостоятельность следователя, на которую ссылаются суды при рассмотрении жалоб на незаконные действия следователя. Пока уголовное дело не поступит в суд, обжаловать какие-либо действия следователя в порядке ст. 125 УПК РФ довольно-таки проблематично, так как суды не вдаются в вопросы предварительного расследования, относя их к прерогативе соответствующих органов, в которую суд, якобы, вторгаться не вправе.

Судья Ленинского районного суда г. Нижнего-Новгорода своим постановлением признала незаконность возбуждения в УВД Ленинского района двух уголовных дел в отношении М., указав в постановлении на невыполнение органом расследования требований ч. 2 ст. 146 УПК РФ (в постановлении о возбуждении дела не указаны конкретные основания, а также не получены объяснения лица, в отношении действий которого принято решение о возбуждении уголовного дела).
Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда отменила это постановление судьи, указав в кассационном определении, что судья не может вдаваться в проверку достаточности оснований для возбуждения уголовного дела, так как это относится к компетенции следователя. При новом рассмотрении этой жалобы другой судья Ленинского районного суда выполнил указания судебной коллегии и отказал в удовлетворении жалобы на том основании, что суд не вправе оценивать эти действия и решения следователя.

Приведенный пример не единственный, когда суды, по сути, незаконно ограничивают сферу применения положений ст. 125 УПК РФ, хотя такие действия и решения следователя, как возбуждение уголовного дела, в случае их незаконности, влекут самые катастрофические последствия для лица, в отношении которого будет расследоваться уголовное дело.
Представляется, что эффективность судебного обжалования действий и решений следователя и, соответственно, своевременность защиты от неправомерных действий и решений следователя напрямую зависят от того, насколько суд будет свободен в применении правомочия осуществления судебного контроля за обеспечением законности и обоснованности предварительного расследования. Для формирования такой практики адвокатам защитникам надлежит более активно использовать этот механизм судебной защиты от неправомерных действий и решений органов расследования.

Жалоба прокурору и руководителю следственного органа. Кроме обращения в суд, адвокат-защитник может обратиться с жалобой к прокурору и руководителю следственного органа. Однако, как показывает практика, такое обжалование малоэффективно. Ответы на жалобы в большинстве случаев представляют собой формальные отписки, не содержащие результатов проверки доводов.
Дальнейшее обжалование в суд фактического бездействия руководителя следственного органа или прокурора еще менее действенно, нежели непосредственное судебное обжалование незаконных действий и решений следователя.

Следователем СК РФ по Калужской области расследовалось уголовное дело в отношении Л.
В интересах потерпевшего руководителю следственного органа была подана жалоба на бездействие следователя. Ответ на жалобу представлял абстрактные рассуждения о содержании закона и утверждение о якобы правильности действий следователя. Аналогичная отписка была получена и от прокурора.
Тогда в интересах потерпевшего в Калужский районный суд была подана жалоба на бездействие следователя, руководителя следственного органа и прокурора. Судья отказал в принятии жалобы.
Судебная коллегия Калужского областного суда отменила это постановление судьи. Второй судья отказал в удовлетворении жалобы. Судебная коллегия вновь отменила это постановление судьи Калужского районного суда. Третий судья тоже отказал в удовлетворении жалобы. Судебная коллегия отменила и это постановление судьи. И только четвертый судья удовлетворил жалобу представителя потерпевшего. Ни орган следствия, ни прокуратура не обжаловали это постановление судьи.

В приведенном примере на обжалование даже явно незаконного бездействия следователя потребовалось почти 11 месяцев. За это время расследование по уголовному делу было завершено и дело было направлено в суд. Об эффективности судебного обжалования в данном случае говорить не приходится, поскольку актуальность жалобы к тому моменту отпала.

Находчивость и активные действия. При всем многообразии трудностей, с которыми сталкивается адвокат защитник на стадии предварительного расследования, квалифицированная юридическая помощь подразумевает использование им всех доступных ему средств и способов преодоления противоправных действий следователя.
При этом, даже находясь в явно выраженном процессуальном противостоянии со следователем, адвокату защитнику не следует выступать в качестве инициатора эскалации конфликта. Надо исходить из того, что существует много возможностей добиться от следователя соблюдения интересов и законных прав защиты.

По уголовному делу в отношении А. адвокат-защитник заявил ходатайство об участии переводчика, поскольку родным языком А. являлся арабский. Следователь отказал в назначении переводчика, мотивируя тем, что А. получил высшее образование в РФ, является кандидатом наук и, по мнению следователя, в достаточной степени владеет русским языком.
Защитник спокойно объяснил следователю, что следователь ошибается в понимании закона. Уголовно-процессуальный кодекс гарантирует право давать показания на родном языке, а не на том, каким обвиняемый владеет. Обвиняемый А. хорошо владеет не только русским, но также и английским языком. Но показания желает давать на родном языке, как это предусмотрено ст. 18 и п. 6 ч. 4 ст. 46 УПК РФ.
Эти доводы адвоката не возымели действия. Тогда на все вопросы следователя обвиняемый А. стал отвечать на арабском языке. Через некоторое время следователь вынужден был прекратить допрос и напечатать постановление о назначении переводчика. Адвокат не преминул пошутить: жаль в УПК РФ не предусмотрено, что переводчик может понадобиться следователю, а не обвиняемому, который, возможно, понимает, что говорит следователь. А вот следователь без переводчика не может понимать обвиняемого. Шутка оказалась уместной и взаимоотношения между следователем и адвокатом защитником нормализовались.

Если же несмотря на все использованные адвокатом защитником возможности убедить следователя в необходимости точного соблюдения порядка и процедуры уголовного судопроизводства, следователь продолжает игнорировать процессуальные интересы защиты, то, адвокату защитнику ничего не остается делать, как предпринимать усилия по пресечению противоправного поведения следователя. Иначе ни о какой надлежащей юридической помощи мы говорить не можем. Однако эти усилия защитника должны подкрепляться пониманием правильности уже своих собственных действий. Последнее возможно только при надлежащей подготовленности защитника к осуществлению функций защиты в условиях непреодолимой конфронтации со следователем. В противном случае, если следователь почувствует «слабость» защиты, некомпетентность защитника, положение обвиняемого и его защитника может оказаться весьма плачевным.

Оперативными сотрудниками был задержан Ц. Чтобы по «горячим следам» попытаться раскрыть преступление, они с ведома следователя начали «обрабатывать» фактически задержанного Ц., чтобы тот написал явку с повинной. В это время следователь уклонялся от контакта с адвокатом, ожидая результатов «работы» оперативников.
После безуспешной попытки добиться от следователя свидания с фактически задержанным Ц., место нахождения которого следователь скрывал, адвокат направил три телеграммы на имя руководителя следственного органа, прокурору и в службу собственной безопасности.
В тот же день адвокат подал жалобу в суд на незаконные действия следователя, препятствующего адвокату защитнику в свидании с фактически задержанным Ц., незаконно удерживаемым без оформления протокола задержания и т. д.
Одновременно адвокат направил заявление председателю суда с просьбой безотлагательно осуществить судебный контроль за действиями оперативных сотрудников и следователя. Об этой своей активности адвокат уведомил также следователя, направив ему заявление о проведении освидетельствования Ц. на предмет наличия у него телесных повреждений, а также заявление о проведении проверки в отношении оперативных сотрудников, которые осуществили незаконное задержание Ц. и, не исключено, что в настоящее время оперативные сотрудники принуждают Ц. к самооговору.
Уже к концу второго дня следователь был вынужден допустить адвоката к Ц. к участию в следственных действиях — задержании и допросе подозреваемого.
Между тем известны случаи, когда следователи в течение нескольких дней не допускают адвоката к задержанному, пользуясь тем, что он не осведомлен о своем праве пригласить адвоката с момента фактического задержания.

В приведенном примере сработали два фактора — активность адвоката, о которой стало известно оперативным сотрудникам, и «стойкость» Ц., который сразу же стал требовать встречи со своим адвокатом и отказывался подписывать какие-либо документы в отсутствие своего адвоката.

Противодействие типичным нарушениям закона со стороны следователя

В той или иной мере ситуации, сопряженные с нарушением закона, могут возникнуть при производстве любого процессуального или следственного действия. Следственные органы в этом смысле накопили значительный арсенал всевозможных ухищрений и уловок.
Опытный адвокат-защитник должен хорошо знать существующую следственную практику и обладать стойкими навыками противодействия незаконным «манипуляциям» следователя. При этом, как показывает общение с адвокатами, они неохотно делятся своими профессиональными «секретами», что затрудняет тиражирование этого опыта.
Рассмотрим некоторые наиболее распространенные следственные действия.

Обыск. Чаще всего, когда следователь прибывает на место производства обыска, он и сам толком не знает, что он должен обнаружить и изъять. Адвокату целесообразно осведомиться о том, что намерен найти следователь, поскольку клиент адвоката желает воспользоваться правом выдать эти объекты добровольно. Надо понимать, что в отсутствие адвоката во время обыска может случиться все, что угодно. Вплоть до обнаружения всяческих «сомнительных» объектов, которые в данном помещении… не находились до прибытия туда представителей правоохранительных органов.
Если адвокат достаточно опытен, обыск будет идти под его контролем. Существующие законодательные ограничения не позволяют следователю действовать произвольно. Должно быть обеспечено присутствие независимых понятых. Адвокат вправе просить пригласить дополнительных понятых, в зависимости от намерений следователя вести обыск в нескольких помещениях одновременно, в том числе, с участием оперативных сотрудников. В этом случае адвокат должен потребовать от следователя незамедлительно прекратить произвольное хождение оперативников по помещениям, где не проводится обыск. Также можно сделать заявление с занесением в протокол, что до начала обыска и до разъяснения процессуальных прав его участникам оперативные сотрудники заходили в те помещения, где планируется произвести обыск, и находились там вне видимости лица, у которого планируется провести обыск, вне контроля со стороны адвоката и понятых.
При одновременном обыске в нескольких помещениях можно пригласить нескольких адвокатов, чтобы можно было наблюдать за производством обыска в других помещениях. Случайные лица не могут находиться в месте производства обыска. Явившимся на обыск оперативным сотрудникам, если они не включены в следственную группу, можно заявить отвод. В этом случае они могут только присутствовать, но ничего делать не могут. Все они, а также следователь должны перемещаться таким образом, чтобы адвокату была обеспечена возможность наблюдать за их действиями. Эта же возможность должна быть обеспечена всем понятым, а также лицу, в помещении которого производится обыск.
Адвокату необходимо обязать следователя разъяснить понятым их права и обязанности, в том числе обязанность внимательно наблюдать за следователем и оперативными сотрудниками, чтобы они чего-нибудь не подбросили. А в случае обнаружения ими какого-либо объекта (предмета, документа) адвокат должен обязать следователя тщательно зафиксировать в протоколе все обстоятельства, связанные с обнаружением этих объектов, а также обязать следователя надлежащим образом описать и упаковать обнаруженные объекты, чтобы можно было провести дактилоскопическую экспертизу. В протоколе надлежит указать, что обнаруженные объекты были подброшены (если, конечно, для этого есть основания). Если следователь отказывается выполнять законные требования адвоката, то, об этом надлежит указать в протоколе в форме замечаний адвоката по поводу проведения обыска.
При нарушении порядка производства обыска (а такие нарушения всегда можно выявить), адвокат фиксирует его в протоколе.

Предъявление для опознания. Если опознающие пытаются давать ложные показания или следователь каким-то образом начинает им подсказывать, адвокат-защитник обязан принять все зависящие от него меры к изобличению фактов лжесвидетельства и попыток следователя влиять на ответы и пояснения опознающих. Для этого он должен обладать профессиональными умениями и навыками допроса и выявления ложности показаний допрашиваемого лица.
Предъявление для опознания является одним из следственных действий, порядок производства которого детально регламентирован УПК РФ. Следователь не сможет уклониться от требований адвоката защитника соблюдать нормативный порядок проведения опознания.
Как показывает практика, следователи допускают множество процессуальных ошибок, неточностей и нарушений закона при проведении опознания. Это касается подбора статистов, их расстановки, качества и размера предъявляемых фотографий, правильности фиксации в протоколе внешних признаков статистов в сравнении с внешними признаками самого опознаваемого, условий начала, проведения и завершения опознания, а также указания в протоколе вопросов и ответов на заданные вопросы.
Адвокат-защитник должен определить для себя, о каких конкретных нарушениях порядка производства опознания надо сразу же заявить, а какие оставить на более позднее время в зависимости от избранной тактики защиты. В любом случае, повторное предъявление для опознания не может быть произведено с участием того же опознаваемого и тех же опознающих. Поэтому нарушение порядка опознания влечет невосполнимую утрату доказательственной значимости этого следственного действия.

Допрос. Наиболее типичное нарушение при допросе — наводящие вопросы следователя или отсутствие вопросов, когда следователь предлагает допрашиваемому лицу рассказать о неких якобы «известных ему обстоятельствах уголовного дела». При допросе следователи часто задают вопросы, содержащие скрытое утверждение, а также пытаются исказить полученные ответы, излагая их в протоколе неполно, а также в той редакции, которая выгодна следователю.
Для профессионального защитника нейтрализация подобных уловок следователя не представляют особой трудности. Адвокат должен потребовать от следователя задавать вопросы четко и ясно, чтобы они были понятны допрашиваемому лицу. Если вопросы вызывают у допрашиваемого лица «опасения», что ответы на них могут «навредить» его интересам, на эти вопросы допрашиваемый вправе не отвечать. В этом случае адвокат рекомендует подзащитному не отвечать на заданный вопрос и требует от следователя занести в протокол этот вопрос и рекомендацию адвоката пока воздержаться от ответа на заданный вопрос. Можно объяснить отказ отвечать на этот вопрос необходимостью дополнительной консультации с адвокатом, изучения имеющихся документов, представления доказательств и т. д. После чего, возможно, будет дан ответ на этот вопрос.
Если следователь препятствует конфиденциальному общению допрашиваемого со своим адвокатом, эти незаконные действия следователя необходимо зафиксировать в протоколе. Кроме того, можно отказаться давать показания, указав в протоколе, что следователь во время допроса препятствовал допрашиваемому лицу получать юридическую помощь от своего адвоката.
Во время допроса стоит помнить, что следователь связан пределами доказывания по данному уголовному делу. Поэтому адвокат должен уметь ограничивать следователя и рекомендовать подзащитному не отвечать на вопросы, не входящие в предмет доказывания по уголовному делу о конкретном преступлении.

Очная ставка. При производстве очной ставки необходимо учитывать, что второй участник этого следственного действия может представлять либо интересы обвинения, либо интересы защиты. Если это интересы защиты, целесообразно, чтобы этот участник очной ставки тоже был обеспечен своим адвокатом. Тогда у адвокатов будет возможность «согласовать» свои позиции.
Но чаще всего очная ставка проводится между подозреваемым, обвиняемым и лицами, которые представляют сторону обвинения. С их помощью следователь намеревается изобличить подозреваемого, обвиняемого. Соответственно, следователь инструктирует этих лиц во время предшествующих допросов, проводимых до очной ставки, вкладывая в протоколы их допросов «нужные» следователю показания. В этом «слабость» этих лиц, поскольку они не могут удержать в памяти всех фактов прошлого, особенно, если они не являются теми, кто был очевидцем событий расследуемого преступления. А трудность в том, что до того, как начнется очная ставка, адвокату-защитнику неизвестно, какие показания были даны этими лицами. Поэтому он вынужден действовать «по ситуации» и ориентироваться в условиях «временного цейтнота».
Считается, что очная ставка предъявляет к защитнику более высокие требования, поскольку это наиболее сложное следственное действие, во время которого в полной мере проявляется процессуальное противостояние интересов обвинения и защиты, прямо противоположных по своей правовой природе. Учитывая эти особенности, защитник не должен допускать того, чтобы следователь «переносил» в протокол очной ставки показания другого участника очной ставки из протокола его предшествующего допросов.
Более того, с помощью своих вопросов защитник должен пытаться создать неустранимые сомнения в достоверности и непротиворечивости показаний лица, которое ранее было допрошено и давало одни показания, а на очной ставке это же лицо дает иные показания и не может ответить на вопросы следователя или защитника о причинах этих противоречий. При этом защитник должен обязать следователя руководствоваться целями очной ставки, а именно — устранением противоречий в показаниях лиц, между которыми проводится очная ставка. Иными словами, очная ставка не является допросом, на котором следователь выясняет у допрашиваемого лица, какие обстоятельства уголовного дела ему известны.
Однако для целей защиты важно узнать, что известно другому участнику очной ставки. Поэтому для интересов защиты выгодно, когда очная ставка выходит за рамки выяснения и устранения противоречий в показаниях ранее допрошенных лиц. Защитнику не составляет труда получить достаточный объем необходимой ему дополнительной информации путем постановки своих вопросов второму участнику очной ставки со стороны обвинения. Надо отметить, что адвокат-защитник должен предпринять все доступные ему законные пути и способы получения информации об уголовном деле, чтобы самым тщательным образом подготовиться к участию в очной ставке.

Такую же профессиональную активность защитник адвокат должен проявлять в каждом следственном действии, в котором он принимает участие. Видя профессиональное мастерство, компетентность и объективность защитника, следователь будет более осторожен, более внимателен и, во всяком случае, будет опасаться допустить явные нарушения законности, на которые адвокат непременно укажет в протоколе. Соответственно, вероятность обострения конфликта следователя с профессиональным защитником резко снижается.



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании


Самое выгодное предложение

Смотрите полезные юридические видеоелкции

Смотреть видеолекции

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Опрос

Для адвоката клиент...

  • … всегда прав. Адвокат никогда не посоветует признать вину. Адвокат не может в силу закона идти против воли клиента. Если клиент говорит следствию и в суде, что дважды два это пять, адвокат должен его поддержать. 29.33%
  • …не всегда прав. Адвокат служит закону и правосудию. Правосудие не в том, чтобы виновным избежал ответственности, а в том, чтобы не засудили и в этом задача защитника. Иногда есть смысл уговорить клиента признать вину, чтобы получить наказание поменьше. 70.67%
Другие опросы

Рассылка



© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Уголовный процесс» –
практика успешной защиты и обвинения

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль