Как оценить обоснованность ареста имущества по уголовному делу

4320
Правомерен ли арест имущества в рамках уголовного дела, если арбитражный суд в аресте отказал? Почему решение суда об аресте имущества не может основываться на данных ОРД? Какие «внеправовые» сложности вызывает процедура снятия ареста с имущества.

Колоколов Никита Александрович, 
судья Верховного Суда РФ (в отставке), профессор кафедры судебной власти и организации правосудия Государственного университета — Высшей школы экономики, доктор юридических наук (г. Москва)

См. также Ходатайство о наложении ареста на имущество обвиняемого

Наложение ареста на имущество — институт, применяемый во всех видах судопроизводства, за исключением конституционного. В уголовном процессе ограничение имущественного права теоретически возможно по любому делу, но применяется лишь по одному из десяти, поскольку у многих у фигурантов дел не имеется какой-либо собственности. При этом процент удовлетворяемых судами ходатайств следствия о наложении ареста на имущество на протяжении последних лет достаточно высок. В 2008 году из 10 798 ходатайств в порядке п. 9 ч. 2 ст. 29 УПК РФ, удовлетворено 89,7%; в 2009 – 87,8% в 2010 – 86,4%, в 2011-  -86%.

См. также Ходатайство по поводу отмены ареста имущества

В 2012 году количество таких ходатайств сократилось почти вдвое до 6047, но процент их удовлетворения остался прежним 87 %. В 2013 – году число ходатайств об аресте имущества возросло почтив три раза до 17 316, а процент удовлетворения составил еже 87-88 %. В 2014 году – число ходатайств еще увеличилось до 22 748, процент удовлетворения снова 87 %.

Таким образом, с 2008 по 2014 год, т.е. за последние 7 лет, количество судебных решений об аресте имущества возросло в два раза.

Несмотря на то, что процедура наложения ареста на имущество достаточно подробно регламентирована УПК РФ, правоприменители сталкиваются с рядом проблем при реализации процессуальных действий, связанных с изъятием имущества и с ограничением прав на него в рамках уголовного процесса. Отчасти сложности вызваны законодательными пробелами.

В этой связи можно напомнить, что отдельные вопросы применения ст.115 УПК РФ стали не только предметом рассмотрения в Конституционном Суде РФ, но и с подачи КС РФ были подвержены изменениям.

Решения КС РФ

Так, например, постановлением от 31.01.2011 № 1-П КС РФ признал ч.9 ст. 115 УПК РФ во взаимосвязи с ч.3 той же статьи и п. 2 ст ч1. Ст 208 УПК РФ не соответствующими Конституции Российской Федерации, в той мере, в какой они не предусматривают эффективных средств защиты законных интересов собственника имущества, на которое наложен арест для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, в случаях приостановления предварительного следствия по уголовному делу в связи с тем, что подозреваемый, обвиняемый скрылся от следствия.

Постановлением от 10.12.2014 № 31-П КС РФ указал, что положения ч.6 и 7 ст. 115 УПК РФ не соответствуют Конституции Российской Федерации, в той мере, в какой предусмотренный ими механизм обеспечения сохранности имущества, на которое наложен арест с целью обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, не гарантирует эффективную защиту прав и законных интересов лица, признанного потерпевшим и гражданским истцом по уголовному делу, в рамках производства по которому на денежные средства, похищенные со счета этого лица и находящиеся на счетах третьих лиц, был наложен арест, в случаях, когда предварительное расследование по данному уголовному делу приостановлено на неопределенно длительный срок в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Последние изменения в УПК РФ по аресту имущества

Последнее решение КС РФ (от 10.12.2014 № 31-П) явилось руководством к действию законодателю. В итоге был принять федеральный закон от 29.06.2015 №190-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», который внес ряд существенных изменений в процедуру ареста имущества.

Так, например, ст. 6.1 УПК РФ появилась ч. 3.2 следующего содержания, которая говорит о том, что «при определении разумного срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, в ходе уголовного судопроизводства учитываются обстоятельства, указанные в части третьей настоящей статьи, а также общая продолжительность применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество в ходе уголовного судопроизводства.";

Появилась ст. 115.1 УПК РФ, устанавливающая «порядок продления срока применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество».

Кроме того, в ст.115 прописана обязанность следователю и суду установить ограничения, связанные с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом;

Указано, что арест может быть наложен на имущество, находящееся у других лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия.

Также установлено, что суд рассматривает ходатайство в порядке, установленном статьей 165 настоящего Кодекса. При решении вопроса о наложении ареста на имущество суд должен указать на конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых он принял такое решение, а также установить ограничения, связанные с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом, и указать срок, на который налагается арест на имущество, с учетом установленного по уголовному делу срока предварительного расследования и времени, необходимого для передачи уголовного дела в суд. Установленный судом срок ареста, наложенного на имущество, может быть продлен в порядке, установленном статьей 115.1 настоящего Кодекса.

Ч.9 ст.115 УПК РФ теперь расширена. Она гласит, что арест, наложенный на имущество, либо отдельные ограничения, которым подвергнуто арестованное имущество, отменяются на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении данной меры процессуального принуждения либо отдельных ограничений, которым подвергнуто арестованное имущество, отпадает необходимость, а также в случае истечения установленного судом срока ареста, наложенного на имущество, или отказа в его продлении.

Арест на безналичные денежные средства, находящиеся на счетах лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, наложенный в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, также отменяется, если принадлежность арестованных денежных средств установлена в ходе предварительного расследования и отсутствуют сведения от заинтересованного лица, подтвержденные соответствующими документами, о наличии спора по поводу их принадлежности либо принадлежность этих денежных средств установлена судом в порядке гражданского судопроизводства по иску лица, признанного потерпевшим и (или) гражданским истцом по уголовному делу.

Наконец, в ст. 208 появились ч.ч.6 и 7. Часть 6 устанавливает, что если по уголовному делу наложен арест на имущество в соответствии с частью третьей статьи 115 настоящего Кодекса, следователь до приостановления предварительного следствия обязан установить обстоятельства, подтверждающие, что арестованное имущество получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления либо для финансирования терроризма, экстремистской деятельности (экстремизма), организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), а также рассмотреть вопрос о возможном изменении ограничений, связанных с владением, пользованием, распоряжением арестованным имуществом, либо об отмене ареста, наложенного на имущество.

В части 7. Указано, что вВ случае, если не отпали основания для применения меры процессуального принуждения в виде наложения ареста на имущество лиц, не являющихся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, следователь с согласия руководителя соответствующего следственного органа или дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом соответствующее ходатайство в порядке, установленном статьей 115.1 настоящего Кодекса.

Статья 209 УПК РФ, кроме прочего, вменяет в обязанность  следователю уведомляет о  приостановлении предварительного следствия лица, не являющиеся подозреваемыми, обвиняемыми или лицами, несущими по закону материальную ответственность за их действия, на имущество которых наложен арест.

Вместе с тем по ряду ситуаций, связанных с арестом имущества, сложилась определенная судебная практика.

ИГНОРИРОВАНИЕ ПРЕЮДИЦИИ

Проблема конкуренции решений судов общей юрисдикции и арбитражных судов, связанных с расследованием уголовных дел, хорошо известна. Так, в практике можно найти достаточно примеров, когда арбитражный суд признает правоту налогоплательщика в споре с налоговым органом о неуплате налогов, но суд общей юрисдикции практически по тем же обстоятельствам признает его виновным в уклонении от уплаты налогов.

Схожие противоречия неизбежны и в части применения процессуальных норм. Суды общей юрисдикции игнорируют решения арбитражных судов при наложении ареста на имущество и распоряжении вещественными доказательствами. По сути, не принимаются во внимание нормы ст.90 УПК РФ «Преюдиция». Из рассмотренного ниже примера очевидно, что ошибок, допущенных судом первой инстанции, можно было избежать, если бы судья учел выводы относительно законности сделки, содержащиеся в решении арбитражного суда.

ИЗ ПРАКТИКИ. Гражданам Колесникову и Кубышину было предъявлено обвинение по ч. 3 ст.30 – ч.4 ст.159, ст.201 УК РФ. По версии следствия, обвиняемые, являясь должностными лицами ОАО «Объединение автовокзалов и автостанций» (далее — ОАО), незаконно продали здание автовокзала в г. Курске гражданке И. Последняя сразу перепродала его другой коммерческой организации. Хотя стороны выполнили по сделке все от них зависящее, довести свой преступный умысел до конца они не смогли: государственной регистрации сделка пройти не успела.

Новое руководство ОАО попыталось расторгнуть договор купли-продажи в Арбитражном суде Курской области, однако в удовлетворении иска было отказано. Тогда ОАО поставило перед Ленинским районным судом г. Курска, рассматривающим уголовное дело в отношении Колесникова и Кубышина, вопрос о наложении ареста на здание автовокзала.

Ленинский районный суд г. Курска удовлетворил ходатайство представителя ОАО о наложении ареста на здание автовокзала в г. Курске. Но к этому моменту суд уже располагал показаниями И. о том, что спорный объект, хотя по-прежнему и зарегистрирован на ее имя, уже перепродан третьей коммерческой организации.

В соответствии с ч. 3 ст.115 УПК РФ арест может быть наложен в том числе и на имущество, находящееся у третьих лиц (в данном случае — у коммерческой организации), только в том случае, если есть достаточные основания полагать, что оно получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве оружия преступления либо для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации).

Накладывая арест на имущество коммерческой организации, суд ограничил ее право собственности на недвижимое имущество. В этой связи у данной организации появилось право на участие в процессе, в том числе и при рассмотрении вопроса о наложении ареста на имущество.

Однако суд названное право собственника проигнорировал; его представителя, как, впрочем, и И., в суд не вызвал; процессуальные права этим участникам уголовного судопроизводства не разъяснил: им было отказано даже в выслушивании их возражений.

Не упоминалась коммерческая организации, купившая у И. автовокзал, как субъект правоотношения и в резолютивной части постановления о наложении ареста на имущество.

Как видим, суд не только ограничил право собственности коммерческой организации, но и скрыл от нее факт наложения ареста на ее имущество, лишив ее тем самым права на обжалование постановления о наложении ареста на имущество, что недопустимо в состязательном уголовном процессе (постановление Ленинского районного суда г. Курска от 13.02.2008).

По приговору Ленинского районного суда г. Курска Колесников и Кубышин были признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 – ч.4 ст.159, ст.201 УК РФ. Разрешая вопрос о судьбе имущества, на которое был наложен арест, суд запретил Управлению Федеральной регистрационной службы Министерства юстиции РФ по Курской области производить регистрацию здания автовокзала за приобретателем. За ОАО было признано право на разрешение споров о праве собственности на спорные помещения. Одновременно за ОАО было признано право на участие в спорах по имуществу (приговор Ленинского районного суда г. Курска от 20.03.2008 в отношении Колесникова и Кубышина).

Допущенные судом грубейшие нарушения ГК РФ были устранены в суде кассационной инстанции. Определением судебной коллегии по уголовным делам Курского областного суда от 10.07. 2008 приговор был отменен в части осуждения Колесникова и Кубышина по ч. 3 ст.30 – ч.4 ст.159 УК РФ и, соответственно, в части запрета на регистрацию здания автовокзала за законным приобретателем, что является прямым признанием преюдициального значения арбитражного суда. Из приговора также было исключено указание на признание за ОАО права на участие в спорах по имуществу, поскольку таковое ему принадлежит по закону, о чем должен был знать судья, постановивший приговор.

АРЕСТ НА ОСНОВАНИИ ДАННЫХ ОРД

Приведенный ниже пример показателен во многих отношения. Во-первых, орган предварительного расследования ходатайствовал о наложении ареста на имущество, принадлежащее не обвиняемому, а иному лицу. Естественно, что в такой ситуации следователь, как минимум, обязан предоставить суду доказательства, подтверждающие факт приобретения спорного имущества на средства виновного. Но следователь в судебном заседании прямо заявил, что таких доказательств у него нет. Отсутствие таких доказательств неизбежно ведет к признанию юридически оформленного факта — документов, закрепляющих право собственности на имущество у иных лиц.

Во-вторых, ссылка судебных инстанций на допустимость использования в судебно-контрольных производствах информации, добытой оперативным путем, некорректна, поскольку в процессе доказывания используется не любая информация, которой располагают органы, осуществляющие оперативно-разыскную деятельность, а лишь информация, отвечающая определенным критериям. Напомним, чтобы пресечь бесконтрольное использование в судебно-контрольном производстве оперативной информации, не отвечающей требованиям УПКРФ, Федеральным законом от 02.12.2008 № 226-ФЗ в ч. 1 ст.108 УПК РФ были внесены весьма существенные дополнения. Исходя из их смысла постановление о наложении ареста на имущество не может быть основано на информации, непроверенной в ходе судебного заседания, в частности, на результатах оперативно-разыскной деятельности, представленных в нарушение требований ст.89 УПК РФ.

ИЗ ПРАКТИКИ. В производстве отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Новгородской области находится уголовное дело № 99203, возбужденное 09.11.1996 по факту покушения на убийство Ж.

По данному делу 06.11.2007 заочно было предъявлено обвинение гр. Кравченко в совершении преступления, предусмотренного ст.17, п.«д», «н» ст.102 УК РСФСР. В этот же день он был объявлен в международный розыск. Постановлением Новгородского городского суда 07.11.2007 в отношении Кравченко избрана мера пресечения — заключение под стражу.

Органы предварительного расследования, располагая оперативной информацией о том, что оформленная на Никольскую (Рычкову) квартира приобретена на средства Кравченко, поставили перед судом вопрос о наложении на нее ареста в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации.

Новгородский городской суд удовлетворил ходатайство следствия и наложил арест на квартиру Никольской. Обосновывая свою правовую позицию, суд сослался на «материалы, подтверждающие причастность Кравченко» к приобретенному Никольской имуществу. В постановлении, в частности, указывалось:

— Кравченко поддерживает отношения с Никольской;

— квартира приобретена у жены некоего Б. после его убийства во Пскове;

— переговоры о продаже квартиры вел «один из лидеров организованной преступности области — Петровский».

В постановлении суда также подчеркнуто, что в его компетенцию не входит рассмотрение вопросов, связанных с юридическим оформлением спорного имущества.

Никольская принесла кассационную жалобу, в которой оспорила факт участия Кравченко в приобретении квартиры, а также сослалась на то, что другой жилой площади она не имеет, в квартире проживают ее несовершеннолетние дети.

Судебная коллегия по уголовным делам Новгородского областного суда, постановление о наложении ареста на квартиру отменила и направила дело на новое судебное разбирательство. В обоснование своей позиции суд второй инстанции привел следующие доводы:

— при решении вопроса о наложении ареста на имущество суд должен указать на конкретные фактические обстоятельства, на основании которых он принял такое решение;

— решая вопрос о наложении имущества, находящегося в собственности третьих лиц, суд должен проверить наличие достаточных оснований полагать, что спорное имущество получено в результате преступных действий подозреваемого, обвиняемого либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления либо для финансирования терроризма и т. д.;

— суд должен проверить, не относится ли квартира к имуществу, на которое не может быть обращено взыскание;

— в подтверждение вывода о возможности наложения ареста на имущество, суд, сославшись на информацию, содержащуюся в «информативном письме заместителя начальника УФСБ по Новгородской области», не учел, что «такое письмо не предусмотрено законом».

При повторном рассмотрении ходатайства в суде первой инстанции следователь признал, что располагает лишь оперативной информацией о том, что подлежащая аресту квартира приобретена на средства лица, обвиняемого в совершении тяжкого преступления. Постановление об отказе в удовлетворении ходатайства о наложении ареста на квартиру Никольской суд вынес 16.04.2008.

Заместитель прокурора Новгородской области на данное постановление принес надзорное представление, в котором потребовал его отмены. Кассационная инстанция отменила постановление об отказе в удовлетворении ходатайства о наложении ареста на имущество. По мнению судебной коллегии по уголовным делам Новгородского областного суда, «закон допускает наложение ареста на имущество любого лица, если будет установлено, что это имущество в свое время было приобретено даже пусть не им, но преступным путем, либо им на средства, добытые преступным путем». В обоснование своего вывода суд сослался на то, что «из представленных материалов» видно, что спорная квартира «фактически приобретена на денежные средства обвиняемого Кравченко» и лишь юридически оформлена на Никольскую. Суд решил, что «статья 89 УПК РФ не запрещает в процессе доказывания» использовать результаты ОРД, которые «подлежат окончательной оценке на предмет их соответствия требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам, на стадии судебного разбирательства».

В кассационном порядке данное постановление обжаловано не было, в удовлетворении надзорной жалобы надзорные инстанции Новгородской области Никольской отказали.

Тем не менее судья Верховного Суда РФ счел необходимым возбудить по надзорной жалобе Никольской надзорное производство, направив материал на рассмотрение президиума Новгородского областного суда, мотивируя это тем, что факт принадлежности квартиры Никольской не получил должной оценки.

АРЕСТ КВАРТИРЫ

Рассматривая ходатайства об аресте жилого помещения, в частности квартиры, в рамках гражданского процесса, суды не учитывают нормы гражданско-процессуального закона. В этом смысле решение Верховного Суда РФ, приведенное ниже, является напоминанием о недопущении нарушения закона.

ИЗ ПРАКТИКИ. Постановлением Бабушкинского районного суда г. Москвы от 15.09.2008 разрешено наложение ареста на квартиру, принадлежащую по праву собственности Полторацкому.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ, отменив постановление судьи Верховного Суда РФ об отказе в удовлетворении надзорной жалобы, направил жалобу Полторацкого на рассмотрение президиума Московского городского суда.

В обоснование данного решения судья сослался на то, что в соответствии со ст. 446 ГПК РФ не может быть обращено взыскание на жилое помещение (его часть), если для гражданина, совместно проживающих членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением. Исключение из этого общего правила — спорное помещение, которое является предметом ипотеки.

АРЕСТ ВЕКСЕЛЯ

Описанное ниже судебное решение наглядно демонстрирует, как процессуальное упущение со стороны одного из участников дела может привести его к существенным имущественным потерям.

ИЗ ПРАКТИКИ. Постановлением Центрального районного суда г. Челябинска от 27.05.2004 был наложен арест на ценные бумаги — векселя ОАО «Челиндбанк» на сумму более 13,7 млн рублей, принадлежащие ООО «Коркинский стекольный завод» и находившиеся у подозреваемого Тимашева.

По приговору Челябинского областного суда от 16.07.2007 года арест, наложенный на ценные бумаги, был снят, а 28.01.2008, после вступления приговора в законную силу, они были возвращены собственнику — ООО «Коркинский стекольный завод». Но срок платежа по векселям истек раньше того, как собственник получил их. В связи с истечением сроков исковой давности по обязательствам векселедержателя ОАО «Челиндбанк» отказало в принятии векселей к оплате.

ООО «Коркинский стекольный завод» обратился с иском к банку в Челябинский областной суд, указав, что из-за ареста на имущество Тимашева, в том числе векселей, завод не имел возможности свободно распоряжаться принадлежащими ему векселями, своевременно предъявить их к оплате и потребовал возмещения ущерба за счет казны Российской Федерации.

Постановлением от 08.05 2009 суд отказал в удовлетворении данного иска заводу.

Кассационную жалобу предприятия суд также оставил без удовлетворения. При этом он указал, что векселя ООО «Коркинский стекольный завод», приобретенные на законных основаниях, были изъяты не у завода, а у физического лица. На всех векселях имелась заполненная передаточная надпись — «бланковый» индоссамент
(ст. 146 ГК РФ) без указания лица, которому должно быть произведено исполнение. При таких обстоятельствах суд векселя к оплате могут быть предъявлены любым лицом.

Как видим, векселя на момент наложения на них ареста находились у Тимашова, осужденного впоследствии по п. «в» ч.4 ст.290 УК РФ. Зная об этом, завод не поставил перед следствием вопросы о признании за ним права на векселя и об исключении этого имущества из описи. Следовательно, в итоге суд обоснованно отказал заявителю в возмещении ущерба.

АРЕСТ И ВОЗВРАТ 
ВЕЩЕСТВЕННЫХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

На сегодня процедуры ареста и изъятия имущества, которое используется в качестве вещественных доказательств по делу, можно считать достаточно полно регламентированными в УПК РФ. Однако проблемы остаются. Так, можно напомнить, что нормы уголовно-процессуального закона, связанные с хранением, реализацией, уничтожением вещественных доказательств по уголовным делам были, приведены в соответствие с Конституцией РФ. (Федеральный закон от 22.04.2010 «О внесении изменений в статьи 29 и 82 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»).

В частности, закреплен основной постулат, обозначенный в ст. 35 Конституции РФ, согласно которому право собственности может быть ограничено только на основании судебного решения. Никакое имущество, пусть даже являющееся вещественным доказательством, не может быть изъято, уничтожено или удерживаться против воли собственника или без решения суда.

Наряду с этим анализ судебной практики позволяет сделать еще один важный вывод: после постановления приговора вопросы о судьбе вещественных доказательств и об отмене ареста на имущество разрешаются по правилам состязательного судопроизводства. В подтверждение этого можно привести несколько решений ВС РФ.

ИЗ ПРАКТИКИ. По приговору Московского городского суда от 28.12.2007 осужден Блохин. При постановлении приговора вопрос о судьбе вещественных доказательств, а также имущества, на которое наложен арест, не разрешался. Постановлением Московского городского суда от 10.02.2009 со ссылкой на ст. 81, 396, 397, 399 УПК РФ был отменен арест на денежные средства ряда лиц; деньги и автомобиль, принадлежавшие осужденному, обращены в доход государства.

Осужденный и его защитник на данное постановление принесли надзорную жалобу, которая была удовлетворена Судебной коллегией по уголовным делам ВС РФ.

Отменяя постановление, суд кассационной инстанции объяснил свое решение тем, что в нарушение требований ст.399 УПК;РФ судебное заседание назначено не было, стороны о предстоящем разрешении вопроса не извещались.

Аналогичные решения были приняты Судебной коллегией по уголовным делам ВС РФ и по другим делам. Так, 08.04.2010 Судебной коллегией были отменены постановления Свердловского областного суда от 01.12.2009 и 07.12.2009 по делу в отношении Хакимова о наложении ареста на его денежные средства на счетах ОАО «Уралфинпромбанка».

Как отметил суд кассационной инстанции, в протоколе судебного заседания не зафиксировано, что гособвинитель заявлял ходатайства о наложении ареста на имущество Хакимова. Кроме того, суд второй инстанции отметил, что вынесение судом постановления о наложении ареста на имущество по собственной инициативе противоречит ч.3 ст.15 УПКРФ.

Также по приговору Кемеровского областного суда от 24.03.2009 за гражданскими истцами было признано право на удовлетворение их исков, передал вопрос о размере их удовлетворения на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства. В ходе предварительного расследования на имущество осужденных был наложен арест.

Постановлением от 31.08.2009, вынесенным в порядке исполнения приговора, на основании ч.ст.115 УПК РФ арест, наложенный на имущество осужденных, был отменен в силу того, что гражданские иски по приговору не разрешены, в сохранении ареста на имущество необходимость отпала.

Однако по кассационному представлению гособвинителя вышеуказанное постановление было отменено6. При этом прокурор отметил, что вопрос о снятии ареста был разрешен в отсутствие всех заинтересованных лиц (они не явились в суд, так как не были своевременно извещены о дате и времени начала заседания) а последние в суд не явились, так как извещены о нем были с нарушением срока, указанного в ч. 4 ст.231 УПКРФ.


Комментарий по теме:

Куприянов Алексей Анатольевич, руководитель Адвокатской конторы Алексея Куприянова, почетный адвокат России, почетный юрист г. Москвы

«Неправовая» сторона ареста имущества 

В ходе снятия ареста, например, с недвижимого имущества порой мы сталкивается с серьезными проблемами. При этом основная причина сложностей связана не столько с действиями следствия и суда, сколько с работой непосредственных исполнителей их решений — подразделений Федеральной регистрационной службы (ФРС России).

Во-первых, сотрудники ФРС плохо знают законодательство и изначально опасаются принимать постановления следователя о снятии ареста к исполнению. Они считают странным, что при наложении ареста им поступает судебное решение, а при снятии ареста — только постановление следователя. Поэтому адвокату лучше попросить следователя разъяснять в постановлении об отмене ареста юридические последствия этого документа для сотрудников ФРС и сообщать им о том, что судебного акта для отмены не требуется.

Во-вторых, ФРС — крайне закрытый орган и все общение с ним возможно только посредством переписки. Так, чтобы узнать о причине, по которой не снят арест, приходится подавать заявление, ответ на которое в лучшем случае приходит через месяц. При этом из текста читается ответ примерно такого содержания: «Потому что не снят». За динамикой действий ФРС приходится следить путем практически ежедневных запросов выписок из ЕГРП.

Разумеется, можно обжаловать бездействие ФРС в суд по подсудности. Но это новый процесс, на который часто не имеет смысла тратить время, так как в любой момент может оказаться, что сотрудники ФРС смогли исполнить свои обязанности по снятию ареста.

Поэтому в случаях, когда промедление критично для судьбы имущества или собственника, необходимо обращаться в суд сразу после либо даже в день истечения 30-дневного срока, отведенного ФРС для производства регистрационных действий. Кроме того, в профилактических целях можно подать жалобу на бездействие местного регистрационного органа в вышестоящий орган ФРС сразу после вынесения постановления.



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании


Самое выгодное предложение

Смотрите полезные юридические видеоелкции

Смотреть видеолекции

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Рассылка




© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Уголовный процесс» –
практика успешной защиты и обвинения

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×

Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.