Логические и философские аспекты установления истины в уголовном процессе

524

Ключевые слова: уголовный процесс; доказывание; criminal procedure; истина; truth

Золотарев Алексей Степанович, кандидат юридических наук, доцент, профессор кафедры Воронежского филиала Московской академии экономики и права

Истина в уголовном процессе несводима ни к одной философской и логической концепции истины. Судебная истина — синтетическая категория. Истина в уголовном процессе материальна по содержанию и формальна по форме.

Дискуссия о понятии и содержании истины в уголовном процессе имеет многовековую историю. Еще в 1766 г. Ч. Бекариа в своем знаменитом труде затрагивал тему о справедливости наказания на основе установления истинного положения вещей, т. е. объективной истины 1. И с этих пор как минимум два с половиной века ведется научная дискуссия о том, какая истина устанавливается в уголовном процессе: формальная или материальная, объективная или процессуальная. Участники дискуссии давно и, казалось бы, окончательно разделились на две непримиримые фракции: сторонников истины материальной и сторонников истины процессуальной.

Первые резонно приводят в качестве главного аргумента тезис: без стремления к объективной истине говорить о справедливости приговора попросту невозможно 2. Вторые апеллируют к тому, что критериев материальной истины в уголовном процессе не существует, и поэтому поиск истины в правосудии, по их мнению, — химера 3. Этой точки зрения придерживаются сегодня многие авторы, в частности С. А. Пашин, Г. М. Резник 4. Логика рассуждений здесь следующая. Если практика, опыт есть критерий объективной истины, то в уголовном судопроизводстве этот критерий недоступен. Опытным путем проверить вывод о виновности подсудимого нельзя. Значит и вся концепция так называемой объективной истины — фантом, химера.

За годы ожесточенных дискуссий никто не смог переубедить своего оппонента. На наш взгляд, это закономерно, если диспутанты будут оставаться в рамках существующих критериев оценки каждого из оспариваемых видов истины. Следует признать, что главное достоинство объективной материальной истины — ее адекватность здравому смыслу, однако отсутствие формальных критериев ее проверяемости, а значит и достижимости, делает эту концепцию уязвимой. Истина же формальная, наоборот, вполне проверяема, но ее соответствие действительности ничем, кроме «правильной процедуры», не гарантированно. Используя вольную аналогию из области медицины, можно представить сторонников материальной истины как представителей нетрадиционных методов лечения, стремящихся к излечению больного несертифицированными средствами, а сторонников второй точки зрения — как врачей, обеспечивающих правильность методик лечения, но не отвечающих за результат лечения. Если мы лечили правильно, но больной умер, мы все равно правы.

Актуальности данной дискуссии добавил законопроект № 440058–6 «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с введением института установления объективной истины по уголовному делу» (далее — Проект) 5, внесенный 29 января 2014 г. в Государственную Думу Федерального законодательного собрания Российской Федерации, который сразу оживил дискуссию среди специалистов по уголовному процессу.

В пояснительной записке авторы Проекта аргументируют необходимость принятия данных поправок тем, что «в статье 6 УПК РФ уголовное преследование и справедливое наказание виновных, а также ограждение от этих неблагоприятных правовых последствий невиновных определяются в качестве назначения уголовного судопроизводства. Реализация этого назначения невозможна без выяснения обстоятельств уголовного дела такими, какими они были в действительности, то есть установления по делу объективной истины. Принятие итогового решения на основании недостоверных данных может привести к неправильной уголовно-правовой оценке деяния, осуждению невиновного или оправданию виновного. Таким образом, ориентированность процесса доказывания по уголовному делу на достижение объективной истины является необходимым условием правильного разрешения уголовного дела и отправления справедливого правосудия. Однако УПК РФ не содержит требования о принятии всех возможных мер, направленных на ее отыскание. Также не способствует установлению истины и реализованная в законе модель состязательности. Она тяготеет к чуждой традиционному российскому уголовному процессу англо-американской доктрине так называемой чистой состязательности» 6.

Столь объемное цитирование потребовалось лишь для того, чтобы показать актуальность этого, казалось бы, исключительно академического научного вопроса для нужд законодательной и правоприменительной практики. Особое значение этому вопросу придает то обстоятельство, что, он по мнению многих авторов, определяет модель уголовного судопроизводства. Принято считать, что инквизиционная модель тяготеет к материальной (объективной) истине, а состязательная — к формальной (процессуальной).

Как часто бывает в непримиримых спорах, истина обнаруживается где-то посередине. В последние годы появились работы, формулирующие некоторый синтетический подход к проблеме. Так, А. А. Кухта полагает, что «учение о судебной истине должно стать максимально синтетическим: материалистическое понимание истины можно дополнить концепциями формальной, когерентной, договорной истины» 7.

Журнал «Государство и право» опубликовал в № 5 за 2014 г. статью профессора Боннского университета К. Ф. Штукенберга, содержащую глубокий теоретический анализ основных аспектов рассматриваемой проблемы и некоторые результаты исследовательского проекта «Уголовный процесс в странах Центральной Азии: между инквизиционной и состязательной моделями» Мюнхенского института восточноевропейского права. И здесь также сделана попытка найти некоторый средний вариант 8.

Профессор К. Ф. Штукенберг классифицирует существующие концепции истины следующим образом. Прежде всего, по отношению к процессу познания он делит их на два класса: на эпистемологические и неэпистемологические. К последним он относит так называемую корреспондентную теорию, согласно которой истинным является суждение, если «вещи соотносятся так, как это утверждается в высказывании» 9.

Это наиболее известное из философских определений понятие истины дано в «Метафизике» Аристотеля: «В самом деле, говорить, что сущее не существует или несущее существует, это — ложь, а говорить, что сущее существует, и несущее не существует, это — правда» 10.

Чуть более поздним (средневековым), но не менее известным определением этой истины является формулировка Фомы Аквинского: истина как соответствия вещи и мысли [о ней] 11. А. Тарский приводит такие формулировки данного вида истины: «Предложение является истинным, если оно отмечает действительное положение дел. Истинность предложения состоит в его согласии (или соответствии) с реальностью». Однако А. Тарский называет эту концепцию истины семантической 12. Различие в наименовании теорий — в точках зрения. С философской точки зрения она действительно является корреспондентной, так как суждение здесь действительно корреспондирует (является связанным) с явлением. Но если рассматривать эту теорию с логической точки зрения, то она является семантической, так как суть семантики как части логики — это отношение между суждением и смыслом этих суждений 13. В первом случае делается акцент на наличие связи между суждением и явлением, а во втором случае — на адекватности содержания суждения реальному явлению. Однако, если иметь в виду, что в обоих случаях речь идет о соответствии суждения и его содержания, то в целом — это единая концепция истины. Главное свойство данной концепции, по мнению К. Ф. Штукенберга, — она дает определение, но не дает признаков этой истины. Из определений неясно, как именно выглядит это адекватность, соответствие 14.

Вторая группа так называемых эпистемологических концепций представлена в работе указанного автора четырьмя теориями: когерентной, прагматической, консенсуальной и редунтантной.

Согласно теории когерентности, суждение истинно тогда, когда его можно непротиворечиво включить в систему истинных суждений.

Это чисто логическая теория. Ее очевидные недостатки — отсутствие прямой связи с реальностью, но безусловное достоинство — формальная определенность. Ранее уже делались попытки построения чисто юридической логики 15, но результат такого оторванного от реальности конструирования истины справедливо был назван «механической юриспруденцией» 16. Однако, если иметь в виду, что задачей уголовного судопроизводства является разрешение уголовного дела, то есть принятие решения о применении или неприменении норм материального уголовного права, то следует признать, что дедуктивный вывод, в котором большой посылкой является норма права, а конкретный случай — малой посылкой, вполне применим. И в этом смысле когерентность вывода о применении данной нормы права должна быть соблюдена.

Прагматическая истина, то есть признание истинным того, что является полезным, мало применима к уголовному судопроизводству, и потому не будет рассматриваться в этой работе. Хотя, по справедливому утверждению А. А. Кухты, в ней есть «здравое зерно — требование к оптимизации средств познания» 17.

И напротив, консенсусная (договорная или консенсуальная) теория истины заслуживает более подробного внимания. Согласно этой теории, истинным считается то, что стороны договорились считать истинным. Примером таких истин являются общеизвестные факты, не требующие доказывания и преюдиции (ст. 61 ГПК РФ, ст. 111 НК РФ и пр.). Другим примером таких истин являются презумпции. Однако сложность проблемы в том, что консенсусная теория не претендует на универсальность притязания на истину, то есть она, строго говоря, истину и не устанавливает, она помогает договориться считать то или иное положение истинным, вне зависимости от того, как обстоит дело в реальности, на что справедливо указывает Ю. Хабермас 18.

Редунтантные или дефляционные теории истины рассматривают понятии истины исключительно в техническом значении вне какой-либо связи с реальностью 19. Истинное суждение — это всего лишь ассерторическое суждение о действительности, то есть утверждение о существовании чего-либо, без каких-либо обоснований факта существования, в отличие от аподиктических суждений, утверждающих необходимость и закономерность связи субъекта и предиката 20. И в точном смысле они никоим образом не могут быть использованы в качестве критерия целей доказывания.

Кроме того, следует иметь в виду национально-культурные особенности правопонимания. Языковые концепты «истина» в русском языке и «truth» для носителей английского языка несинонимичны. Представление об истине для русского человека связано с религиозной сферой и более тяготеет к понятию «правда», в то время как в англоязычной среде понятие «truth» связано с правой сферой. Иначе говоря, в русскоязычном понимании истинным приговором может быть только справедливый приговор. В то время как в английском понимании любой законный приговор всегда истинен 21. В русской культурной традиции истина всегда содержательна, а в англоязычной — прежде всего, формальна. Именно этим объясняются немыслимые для отечественного юриста случаи сосуществования двух взаимоисключающих законных и истинных судебных решений. Например, дело по обвинению О. Дж. Симпсона в США в 1994 г. в двойном убийстве, по которому подсудимый был оправдан присяжными и признан невиновным, а позже по гражданскому делу по иску потерпевших родственников убитых было вынесено решение о взыскании в пользу истцов крупных денежных сумм в связи с умышленным причинением смерти, то есть факт причинения смерти ответчиком в гражданском суде был признан установленным 22. Оба судебных решения отвечают критериям истинности в сознании и американских юристов и американских обывателей. Хотя наличие таких решений противоречит логическому закону исключенного третьего. Этот пример наглядно показывает, что истина в судопроизводстве как минимум не совпадает с истиной в логике.

Однако, следует признать, что формально-логические критерии истинности использовать в юриспруденции полезно и необходимо. В частности, следует признать практическую полезность для уголовного судопроизводства логических выводов А. Тарского о том, что логически безупречным может быть истинное суждение только в языках, имеющих ограниченное использование, то есть для которых существует некоторый метаязык большей степени общности 23. Этот тезис связан с теоремой Геделя, согласно которой при определенных условиях в любом языке существуют истинные, но недоказуемые утверждения 24. Это означает, что истина в уголовном процессе изначально формальна хотя бы потому, что язык права является искусственным и формализованным языком. То есть процесс установления оснований применения права (юридических фактов) всегда формален. Процесс установления фактических обстоятельств всегда сопряжен с определенной неполнотой. Не все истинные суждения доказуемы в логическом смысле. Следовательно, требуются юридические приемы (презумпции, фикции), восполняющие эту недоказуемость. И в этом смысле судебная истина снова формализована, формальна.

Представляется весьма практически полезным использование в уголовно-процессуальном праве категории «стандарт доказывания». По сути этот стандарт доказывания уже сформулирован в ст. 17 УПК РФ в понятии «внутреннего убеждения», которое еще классик дореволюционной российской процессуалистики Л. Е. Владимиров сформулировал как высокую «степень вероятности, при которой благоразумный человек считает уже возможным действовать в случаях, когда судьба собственных и самых высших его интересов зависит от решения вопроса о достоверности фактов, обусловливающих самый акт решимости» 25. Однако некоторая архаичность формулировки требует ее модернизации, и поэтому краткость американского стандарта proof beyond reasonable dubt (доказанность при отсутствии обоснованного сомнения) представляется более удачной. В данном случае важно не то, что истинно, а то, что доказано. А вот процессуальные правила доказывания должны быть формализованными. И доказанность без разумных сомнений означает, что в деле нет заслуживающих разумного внимания доказательств невиновности подсудимого.

Таким образом мы можем подвести определенным итоги.

  1. Истина в уголовном процессе несводима ни к одной философской и логической концепции истины, но может и должна использовать выработанные этими сферами знаний приемы и способы ее установления. В этом смысле судебную истину можно рассматривать как синтетическую категорию.

  2. Истина в уголовном процессе материальна по содержанию и формальна по форме. Между материальной и формальной истиной нет непреодолимой антиномии, их соотношение — диалектическое единство формы и содержания.

  3. Какого-либо практического смысла введения в текст УПК РФ нового принципа — объективной истины нет. Как справедливо заметил К. Ф. Штукенберг, «разумный бунт» против истины невозможен 26. Независимо от того, упомянут ли он в тексте закона или нет, другой цели доказывания оснований применений мер уголовно-правового принуждения не существует.

  4. Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях [Текст]/ Ч. Беккариа — М., Стелс — 1995 — С. 121, 123

  5. См. напр.: Александров А. Д. Истина как моральная ценность // Наука и ценности. Новосибирск. 1987. С. 32; Ульянова Л. Т. Предмет доказывания и доказательства в уголовном процессе. М., 2008. С. 22.

  6. См. об этом подробнее: Лунеев В. В. Эффективность борьбы с преступностью и ее отдельными видами в современной России // Государство и право. 2003. № 7. С. 110.

  7. _См.: Пашин С. А. Краткий очерк судебных реформ и революций в России // Отечественные записки. 2003. № 2; Резник Г. М. Институт объективной истины как прикрытие репрессивности правосудия. [Электронный ресурс]. Сопротивление. Интернет-портал социальной защиты Режим доступа. URL: http://www.soprotivlenie.org/?id=53&cid=314&t=v _

  8. Государственная Дума Законодательного собрания Российской Федерации. [Электронный ресурс] / Официальный сайт Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности. Режим доступа: asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(SpravkaNew)?OpenAgent&RN=440058–6&02

  9. Пояснительная записка к проекту Федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с введением института установления объективной истины по уголовному делу» [Электронный ресурс]/Режим доступа. URL: http:/ asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(SpravkaNew)?OpenAgent&RN=440058–6&02

  10. Кухта А. А. Доказывание истины в уголовном процессе: автореф. дис.…д-ра юрид. наук. Н. Новгород, 2010. С. 9.

  11. См.: Штукенберг К. Ф. Исследование материальной истины в уголовном процессе // Государство и право. 2014. № 5. С. 78–86.

  12. Штукенберг К. Ф. Исследование материальной истины в уголовном процессе. С. 79.

  13. Аристотель. Метафизика, IV, 7, 1011 b 20. М.-Л., 1934. С. 75.

  14. См.: Аквинский Ф. Сумма теологии. М., Киев, 2002. С. 216.

  15. См.: Тарский А. Истина и доказательство // Вопросы философии. 1972. С. 136–145.

  16. См.: Тарский А. Истина и доказательство. С. 136.

  17. См.: Штукенберг К. Ф. Исследование материальной истины в уголовном процессе. С. 79.

  18. См.: Титов В. Д. Взаимосвязи логики и права: история и современность // Homo philosophans. Сборник к 60-летию профессора К. А. Сергеева. Серия «Мыслители». Вып. 12. СПб., 2002. С. 404–422.

  19. Титов В. Д. Взаимосвязи логики и права: история и современность. С. 416.

  20. Кухта А. А. Доказывание истины в уголовном процессе. С. 45.

  21. Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. М., 2003. С. 293.

  22. См.: Штукенберг К. Ф. Исследование материальной истины в уголовном процессе. С. 80.

  23. См.: Ивин А. А., Никифоров А. Л. Словарь по логике. М., 1997. С. 15.

  24. См.: Агиенко М. И. Структуры концептов правда, истина, truth в сопоставительном аспекте: автореф. дис.… канд. филол. наук. Екатеринбург, 2005. С. 6.

  25. См. об этом более подробно: Лэк К. Дело О-Джэей Симпсона // Зеркало недели: власть. № 40 (53). 1995. 13 октября.

  26. Тарский А. Истина и доказательство. С. 144

  27. См.: Успенский В. А. Теорема Геделя о неполноте // Theoretical Computer Science. 130, 1994, С. 237–238).

  28. Владимиров Л. Е. Учение об уголовных доказательствах. Тула, 2000. С. 47.

  29. См.: Штукенберг К. Ф. Исследование материальной истины в уголовном процессе. С. 86.



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании


Самое выгодное предложение

Смотрите полезные юридические видеоелкции

Смотреть видеолекции

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Рассылка




© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Уголовный процесс» –
практика успешной защиты и обвинения

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×

Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.