Возвращение уголовного дела прокурору в призме установления объективной истины

368

Ключевые слова: уголовный процесс; criminal procedure; объективная истина; truth; предварительное следствие; preliminary investigation; стороны в процессе; parties to judicial procedure; суд; court

Трифонова Кристина Алексеевна, кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и процесса Волгоградского института бизнеса

Расширение полномочий суда по воздействию на органы предварительного расследования и прокурора с целью устранения препятствий рассмотрения дела в суде позволяет суду принимать меры к установлению истины.

На протяжении многих десятилетий российское уголовное судопроизводство традиционно связывалось с установлением объективной истины по делу. Органы предварительного расследования при производстве по делу должны были руководствоваться одним из главных принципов уголовного процесса — принципом всесторонности, полноты и объективности (ст. 20 УПК РСФСР). Конечной целью правосудия являлось установление истины по делу, что неразрывно связывалось с вышеназванным принципом. Вынесение справедливого приговора было невозможно без выяснения всех обстоятельств произошедшего события, итоговое решение не могло основываться на недостоверных обстоятельствах. Значительная роль в установлении всех обстоятельств преступного деяния принадлежала такому контрольному механизму, позволяющему не только устранить нарушения уголовно-процессуального законодательства, но и восполнить пробелы проведенного предварительного расследования, как правовой институт возвращения уголовного дела для производства дополнительного расследования.

До принятия УПК РФ данный институт регулировал отношения на стадиях досудебного и судебного производства. Инициация сторонами возвращения уголовного дела на дополнительное расследование из судебных стадий гармонично «вписывалась» в состязательную модель правосудия, отвечая основным требованиям принципа состязательности — размежеванию процессуальных функций. После внесения в конце 90-х гг. ряда новаций в УПК РСФСР на основании решений Конституционного Суда Российской Федерации 1, запретивших суду возвращать на дополнительное расследование уголовные дела по некоторым основаниями 2, а также в связи с принятием УПК РФ и введением его в действие, институт возвращения уголовного дела на дополнительное расследование из судебных инстанций прекратил свое существование, что неблагоприятным образом сказалось на обеспечении прав потерпевшего, на реализации назначения уголовного судопроизводства. Не нашла в УПК РФ четкого отражения и идея полноты, всесторонности и объективности исследования обстоятельства дела, имеющая прямое отношение к сути и основаниям возвращения уголовного дела «на доследование», в том числе из судебных стадий. Данное событие было воспринято крайне отрицательно учеными-процессуалистами. Г. А. Печников отмечает, что заложенная в УПК РФ концепция состязательного процесса, исключающая объективную истину, соответственно исключает и подлинную процессуальную самостоятельность следователя. Тем не менее проведенный С. А. Шейфером анализ норм УПК РФ показывает, что сосуществование принципа состязательности (ст. 15 УПК РФ) с принципом всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела снимает вопрос об их несовместимости, что служит аргументом в пользу утверждения о том, что согласно УПК РФ установление истины, как и прежде, следует считать целью доказывания, хотя эта цель выражена в законе менее определенно, чем раньше 3.

Однако привычный механизм контроля предшествующих стадий нарушен не был, так как на смену институту дополнительного расследования из судебных стадий пришел институт возвращения уголовного дела прокурору. Первоначальное содержание данного института практически лишило суда самостоятельности в выборе действий в случае обнаружения неполноты расследования, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, необходимости предъявления более тяжкого обвинения и т. д. Суд стал настолько связан мнением сторон, что из независимого, властного арбитра превратился в арбитра «молчаливого». Тем не менее выход был найден, институт дополнительного расследования из судебных стадий продолжил свое существование, но уже завуалированно. Уголовное дело возвращалось прокурору, который, в свою очередь, направлял дело для производства дополнительного расследования, органы предварительного расследования могли вновь продолжить деятельность по установлению всех обстоятельств совершенного деяния и провести расследование полно, всесторонне и объективно.

Начиная с 2003 г., в целях отыскания эффективного механизма устранения препятствий рассмотрения дела в суде (сущность которых заключалась не только в устранении пробелов и ошибок расследования, но и в принятии решения, когда в суде выяснялись обстоятельства, свидетельствующие о необходимости предъявления более тяжкого преступления), происходила многократная трансформация положений ст. 237 УПК РФ. Это свидетельствовало о том, что исходное содержание положений указанной статьи, направленной на регулирование отношений по устранению препятствий, не оправдало себя.

Первоначально содержание института возвращения уголовного дела прокурору составляли нормы, регулирующие деятельность по выявлению и устранению только формальных нарушений. Положения ст. 237 УПК РФ не предусматривали возможности дополнительного расследования ввиду самой первоначальной, не апробированной практикой сущности оснований возвращения уголовного дела прокурору и срока устранения нарушений. Между тем правовые ситуации, связанные с неполнотой расследования, увеличением тяжести предъявленного обвинения, необходимостью привлечения иных лиц к уголовной ответственности и влекущие возвращение уголовного дела на дополнительное расследование, устранить невозможно, так как такие ситуации были, есть и будут. Собственно говоря, среди правовых гарантий установления истины по делу и вынесения правосудного решения важная роль отведена деятельности суда (во всех его инстанциях), направленной на устранение вышеназванных ситуаций. Они возникают не только из-за ошибок, допущенных в ходе предварительного расследования, но и в связи с выявлением в суде не существовавших на момент направления уголовного дела в суд фактических обстоятельств, влияющих на обвинение. В ряде случаев существенное нарушение уголовно-процессуального закона может повлечь неполноту расследования, а его устранение — предъявление более тяжкого обвинения, поскольку основания дополнительного расследования взаимосвязанны.

После принятия УПК РФ проблемы изменения обвинения на более тяжкое в большей степени актуализировались, так как исключение данного вида основания дополнительного расследования усугубило ситуацию. Анализ теоретических предложений в научной литературе показал, что необходимость изменения обвинения на более тяжкое в судебных стадиях обусловлена, во-первых, несоответствием уголовно-правой квалификации деяния фактической фабуле предъявленного обвинения при наличии достаточных доказательств, собранных в ходе предварительного расследования, во-вторых, в связи с выявлением в суде не существовавших на момент формулирования обвинения фактических обстоятельств, свидетельствующих о совершении лицом более тяжкого преступления 4.

Произошедшие изменения фактически стерли границы между ранее существовавшим институтом направления уголовного дела на дополнительное расследование из судебных стадий и действующим механизмом устранения препятствий для рассмотрения дела судом, что означает наличие у суда больших возможностей для того, чтобы преступное деяние было вновь исследовано полно, всесторонне и объективно органами предварительного расследования. Суд получил право не только по ходатайству сторон, но и по собственной инициативе вернуть делу на предшествующую стадию, «фактически» для продолжения обвинительной деятельности, оставаясь при этом независимым арбитром.

Особенно способствовала «падению последних преград» на пути к восстановлению возможности возвращения дела для предъявления более тяжкого обвинения позиция КС РФ, а также принятый на ее основе ряд федеральных законов: ФЗ от 26.04.2013 № 64-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» и ФЗ от 21.07.2014 № 269-ФЗ «О внесении изменений в статьи 236 и 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».

Согласно ч. 12 ст. 237 УПК РФ возвращение уголовного дела в данном случае возможно только по ходатайству сторон. Сформулировано два вида специфических оснований:

  1. после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления;

  2. ранее вынесенные по уголовному делу приговор, определение или постановление суда отменены в порядке, предусмотренном гл. 49 настоящего УПК РФ, а послужившие основанием для их отмены новые или вновь открывшиеся обстоятельства являются в свою очередь основанием для предъявления обвиняемому обвинения в совершении более тяжкого преступления.

Специфика сущности оснований заключается в том, что ключевыми словами, характерными для исключительной стадии уголовного процесса — возобновления дела по новым и вновь открывшимся обстоятельствам, являются — «новые общественно опасные последствия», «новые или вновь открывшиеся обстоятельства», тем самым как бы отрицается неполнота ранее проведенного расследования (хотя обычно предъявление лицу обвинения в совершении более тяжкого преступления свидетельствует о неполноте расследования, о допущенных ошибках). Указанные основания влекут продолжение обвинительной деятельности и дальнейшее обоснование обвинительного тезиса и, в конечном счете, дополнительное расследование. Однако эти основания законодатель не связывает с ситуациями, когда необходимость изменения обвинения обусловлена ошибочной квалификацией, неверной интерпретацией обстоятельств уголовного дела следователем.

Переоценить сущность возвращения уголовного дела прокурору и, возможно, ответить на вопрос «Можно ли ставить интересы правосудия в зависимость от воли сторон?» позволило постановление КС РФ от 02.07.2013 № 16-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б. Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда» 5. Так, поводом к рассмотрению дела явились жалоба гражданина Республики Узбекистан Б. Т. Гадаева и запрос Курганского областного суда. Предметом рассмотрения явились положения ч. 1 ст. 237 УПК РФ, на основании которых решается вопрос о возвращении судом по ходатайству стороны или по собственной инициативе уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, применительно к случаям, когда фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте или обвинительном постановлении, свидетельствуют о наличии в действиях обвиняемого признаков более тяжкого преступления либо когда в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации деяния как более тяжкого преступления. КС РФ указал, что правосудие по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах, федеральный законодатель, устанавливая порядок его отправления, обязан предусмотреть механизм (процедуру), который гарантировал бы вынесение правосудных, т. е. законных, обоснованных и справедливых, судебных решений. Безусловное следование инициативе стороны обвинения или защиты, заявленному заинтересованным лицом ходатайству, которые всегда преследуют собственный процессуальный интерес, означало бы недопустимое ограничение самостоятельности суда как носителя публичной по своей природе судебной власти, осуществляемой самостоятельно, свободно и независимо от позиции той или другой стороны. Вместе с тем не может рассматриваться как принятие на себя судом не свойственной ему функции обвинения вынесение решения, направленного на исправление допущенных органами, осуществляющими уголовное преследование, нарушений или ошибок, которые могут затрагивать интересы как обвиняемых, так и потерпевших, — иное вынуждало бы его принять решение, заведомо противоречащее закону, что в принципе недопустимо. Неправильное применение положений Общей и Особенной частей УК РФ, неправильная квалификация судом фактически совершенного обвиняемым деяния, а потому неверное установление основания уголовной ответственности и назначения наказания (хотя и в пределах санкции примененной статьи) влекут вынесение неправосудного приговора, что недопустимо в правовом государстве, императивом которого является верховенство права, и снижает авторитет суда и доверие к нему как органу правосудия. Продолжение же рассмотрения дела судом после того, как им были выявлены допущенные органами предварительного расследования процессуальные нарушения, которые препятствуют правильному рассмотрению дела и которые суд не может устранить самостоятельно, а стороны об их устранении не ходатайствовали, приводило бы к постановлению незаконного и необоснованного приговора и свидетельствовало бы о невыполнении судом возложенной на него Конституцией РФ функции осуществления правосудия. Возвращая в этих случаях уголовное дело прокурору, суд не подменяет сторону обвинения — он лишь указывает на выявленные нарушения, ущемляющие процессуальные права участников уголовного судопроизводства, требуя их восстановления. Приведение процедуры предварительного расследования в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона, создание предпосылок для правильного применения норм уголовного закона дают возможность после устранения выявленных процессуальных нарушений вновь направить дело в суд для рассмотрения по существу и принятия по нему решения.

Логичным продолжением позиции КС РФ, сформулированной в вышеуказанном постановлении, стала новая редакции ст. 237 УПК РФ. Так, согласно п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд вправе как по собственной инициативе, так и по ходатайству сторон вернуть уголовное дело прокурору, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, обвинительном акте, обвинительном постановлении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния.

Буквальное толкование данного положения позволяет прийти к выводу, что речь идет о двух ситуациях. Первая ситуация связана с проведенным предварительным расследованием, когда следствием или дознанием дана неправильная юридическая оценка установленных фактов преступной деятельности обвиняемого. Как мы видим, законодатель акцентирует внимание на итоговом документе органа предварительного расследования, и это обстоятельство позволяет предположить наличие двух возможных вариантов:

  1. когда орган предварительного расследования неправильно оценил фактические обстоятельства и ошибочно квалифицировал деяние обвиняемого не по тем пунктам, частям, статьям УК РФ. Данный случай потребует не только пересоставления итогового документа, но и производство следственных и процессуальных действий — привлечение лица в качестве обвиняемого и его допрос;

  2. когда орган предварительного расследования верно дал юридическую оценку содеянного, но допустил техническую ошибку при ссылке на соответствующие пункты, части, статьи УК РФ в итоговом документе. Указанный случай потребует только пересоставления итогового обвинительного документа.

Вторая ситуация связана уже с установлением фактических обстоятельств в ходе судебного производства. Формулировка положения не имеет ничего общего с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами, указанными в п. 12 ст. 237 УПК РФ. В науке уголовного процесса давно присутствует мнение, что необходимость предъявления более тяжкого обвинения является случаем неполноты расследования. Можно констатировать, что в данном случае речь идет о неполно проведенном расследовании, пробелы следствия были выявлены в суде, так как фактические обстоятельства выяснены путем производства допроса свидетелей, потерпевших, путем назначения и производства экспертиз в судебном заседании и т. д.

При этом суд стал обладать настолько широкими полномочиями, что обязан указать обстоятельства, являющиеся основанием для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния, но не вправе указывать статью Особенной части УК РФ, по которой деяние подлежит новой квалификации, а также делать выводы об оценке доказательств, о виновности обвиняемого, о совершении общественно опасного деяния лицом, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера.

В ракурсе всего сказанного, постановлений КС РФ, последней редакции ст. 237 УПК РФ не выглядит столь «революционной» позиция (и возможно будет воспринята законодателем) Следственного комитета Российской Федерации, под руководством которого был разработан проект Федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с введением института установления объективной истины по уголовному делу» 6. Согласно данному законопроекту предлагается ввести два новых основания возвращения уголовного дела, связанных с неполнотой доказательств и необходимостью предъявления обвиняемому более тяжкого обвинения.

В проекте также формулируется понятие объективной истины, характерной для романо-германской правовой системы, к которой тяготеет уголовно-процессуальное законодательство России. Объективная истина как отраслевой принцип — это соответствие действительности установленных по уголовному делу обстоятельств, имеющих значение для его разрешения. Кроме того, усиливается роль судьи, как активного председательствующего, который принимает меры к всестороннему, полному и объективному выяснению всех обстоятельств уголовного дела. Предлагается расширить пределы доказывания, за счет ранее озвученных оснований возвращения уголовного дела прокурору. Участники в судебном производстве также наделяются широким спектром прав с целью полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств уголовного дела. Предлагается модернизировать этот принцип с учетом российских традиций уголовного судопроизводства, в соответствии с которыми приговор по уголовному делу назначается с учетом действительных (истинных) обстоятельств совершенного преступления, а не ораторского мастерства сторон 7.

Подводя итог вышесказанному, отметим, что расширение полномочий суда, наличие у него рычагов воздействия на органы предварительного расследования и прокурора с целью устранения препятствий рассмотрения дела в суде свидетельствует о том, что суд в процессе доказывания по уголовному делу может и должен принимать меры к установлению истины, к выяснению обстоятельств преступления такими, какими они были в действительности. Важная роль в этой деятельности отведена правовому институту возвращения уголовного дела прокурору, в том числе и для продолжения обвинительной деятельности и усиления обвинительного тезиса. Названное будет способствовать вынесению законного, обоснованного и справедливого решения.

  1. Далее — КС РФ.
  2. По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой статьи 232, части четвертой статьи 248 и части первой статьи 258 УПК РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда города Нижний Новгород [Электронный ресурс]: постановление КС РФ от 20 апреля 1999 г. № 7-П. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс»; По делу о проверке конституционности отдельных положений Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, регулирующих полномочия суда по возбуждению уголовного дела, в связи с жалобой гражданки И. П. Смирновой и запросом Верховного Суда Российской Федерации: постановление КС РФ от 14.01.2000. № 1-П // Собрание законодательства РФ. 2000. № 5. Ст. 611.
  3. См.: Шейфер С. А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. М., 2009. С. 22.
  4. См.: Ткачев А. И. Возвращение уголовного дела прокурору со стадии подготовки к судебному заседанию: дис.… канд. юрид. наук. Томск, 2007. С. 109; Зыкин В. Возвращение судом дел для дополнительного расследования: состояние и перспективы // Рос. следователь. 2006. № 1. С. 8; Петуховский А. А. Восстановить институт возвращения уголовных дел на дополнительное расследование // Рос. юстиция. 2004. № 2. С. 47–49.
  5. По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Республики Узбекистан Б. Т. Гадаева и запросом Курганского областного суда [Электронный ресурс]: постановление КС РФ от 2 июля 2013 г. № 16-П. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
  6. Проект федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в связи с введением института установления объективной истины по уголовному делу» [Электронный ресурс] // URL: http://www.sledcom.ru/discussions/?SID=3551 (дата обращения: 15.07.2014).
  7. Сайт СК РФ. Обсуждение законопроектов // http://www.sledcom.ru/discussions/?SID=3551  


Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании


Самое выгодное предложение

Смотрите полезные юридические видеоелкции

Смотреть видеолекции

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Рассылка




© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Уголовный процесс» –
практика успешной защиты и обвинения

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×

Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.