Объективная сторона подкупа или принуждения к даче показаний

1060
С какого момента подкуп свидетеля, потерпевшего считается оконченным. В каких случаях принуждение к даче ложных показаний вменяется в совокупности с преступлениями против жизни и здоровья
   

Метельский Павел Сергеевич, к. ю. н., судья Новосибирского областного суда

Состав преступления, предусмотренного ст. 309 УК РФ, характеризуется формальной конструкцией. Общественно опасное деяние может быть выполнено только действиями, которые по ч. 1 ст. 309 УК РФ выражаются в подкупе свидетеля, потерпевшего, эксперта, специалиста или переводчика. В литературе высказано мнение, что «по юридической природе эти посягательства представляют собой специальные виды подстрекательства (ч. 4 ст. 33 УК РФ), которые с учетом специфики нарушаемых общественных отношений выделены законодателем в самостоятельные составы».

Содержание подкупа

Представляется, что при определении подкупа следует учитывать положения ст. 204 УК РФ, устанавливающей уголовную ответственность за коммерческий подкуп. Из этой нормы, в частности, следует, что предметом подкупа могут быть деньги, ценные бумаги, иное имущество, а также услуги имущественного характера, иные имущественные права. В то же время применительно к ст. 309 УК РФ подкуп заключается не только в передаче, но и в обещании передачи денег или иных материальных благ (ценных бумаг, другого имущества или имущественных прав), оказании услуг имущественного характера, как лично самим субъектом преступления, так и через других лиц.
Как полагают А. И. Чучаев и А. В. Федоров, подкуп не может быть ограничен только услугами имущественного характера, как это, сделано в ст. 204 УК РФ, то есть подкупать можно и путем предоставления нематериальных благ, которые, тем не менее, представляют интерес для подкупаемого лица (обеспечение поступления в престижный вуз и т. п.). Однако, на наш взгляд, обещание или предоставление услуг неимущественного характера подкупом, как таковым, не является, соответственно, ч. 1 ст. 309 УК РФ в таких случаях применению не подлежит.

Возможность покушения

По-разному в литературе разрешается и вопрос о возможности покушения на данное преступление. Так, Я. М. Кульберга считает, что лицо, предлагающее денежное или иное вознаграждение за дачу свидетелем или потерпевшим ложного показания, или за дачу экспертом ложного заключения, но еще не передавшее это вознаграждение, несет ответственность … за покушение на совершение подкупа.
В то же время есть мнение, что при отказе свидетеля, потерпевшего или иных лиц принять деньги или ценности, содеянное также должно квалифицироваться как покушение на преступление (по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 309 УК РФ); таким образом, преступление будет окончено только с момента передачи подкупа виновным и принятия его подкупаемым лицом.
На наш взгляд, такой подход, построенный на проведении прямой аналогии между рассматриваемым преступлением и коммерческим подкупом, вряд ли достаточно обоснован, тем более что законодатель не оговаривает в ч. 1 ст. 309 УК необходимость принятия подкупа подкупаемым лицом, как это сделано в диспозиции ч. 3 ст. 204 УК РФ.
С другой стороны, нельзя согласиться и с точкой зрения А. И. Чучаева, согласно которой преступление является оконченным в момент достижения соглашения о даче ложных показаний, заключения или осуществления неправильного перевода.

Содержание принуждения к даче ложных показаний

Часть 2 ст. 309 УК РФ предусматривает ответственность за принуждение свидетеля, потерпевшего к даче ложных показаний, эксперта, специалиста к даче ложного заключения или переводчика к осуществлению неправильного перевода, а также принуждение указанных лиц к уклонению от дачи показаний, когда такие действия соединены с шантажом, угрозой убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества этих лиц или их близких.
Шантаж представляет собой угрозу оглашения сведений и материалов, которые либо позорят потерпевшего или его близких, либо могут причинить существенный вред их правам или законным интересам.
Угрозы убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества могут быть как устными, так и письменными. Неопределенные угрозы или, например, такое воздействие на участников процесса, как настоятельные советы «подумать» над своими показаниями, не дают оснований для применения данной нормы.
В определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР по конкретному делу было указано, что в действиях лица, лишь предложившего другому лицу дать ложные показания, но не угрожавшему последнему ни убийством, ни насилием, ни истреблением имущества, нет состава преступления, предусмотренного ст. 183 УК РФ (соответствует ст. 309 УК РФ).
Деяние, предусмотренное ч. 2 ст. 309 УК РФ, необходимо отграничивать от преступления, предусмотренного ст. 302 УК РФ, поскольку в рассматриваемом случае «речь идет не о незаконных способах в ходе допроса, а о «превентивных» мерах, которые предпринимаются лицами, не облеченными процессуальными полномочиями по осуществлению расследования, в целях обеспечения дачи принуждаемыми «нужных» показаний. Кроме того, указанные в этой норме процессуальные субъекты принуждаются к ложным показаниям, заключению, неправильному переводу, иными словами, к деяниям, за которые они сами несут уголовную ответственность».
В целом формулировки диспозиции ч. 2 ст. 309 УК РФ вряд ли можно признать удачными, поскольку по неизвестной причине вне сферы данного уголовно-правового запрета остались действия по принуждению эксперта, специалиста или переводчика к уклонению от дачи заключения или осуществления перевода.

Квалифицированные составы

Часть 3 ст. 309 УК РФ устанавливает квалифицирующий признак по отношению к преступлению, предусмотренному ч. 2 этой же нормы: применение насилия, не опасного для жизни или здоровья. При определении характера насилия необходимо руководствоваться разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» (с последующими изменениями), согласно которым «под насилием, не опасным для жизни или здоровья … следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы …» (абзац 1 п. 21).
В части 4 ст. 309 УК РФ выделяются особо квалифицирующие признаки деяний, предусмотренных частями 1 и 2: совершение преступления организованной группой (данный признак относится как к подкупу, так и к принуждению); применение насилия (при принуждении), опасного для жизни или здоровья потерпевших.
Согласно ч. 3 ст. 35 УК РФ, организованная группа — устойчивая группа лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.
По мнению В. Л. Лобановой, включение данного обстоятельства в число квалифицирующих признаков преступления, предусмотренного ст. 309 УК РФ, необоснованно, так как «подобный уровень согласованности поведения соучастников нетипичен для указанного посягательства».
Тем не менее подобные факты все же встречаются в судебной практике.

Так, приговором Санкт-Петербургского городского суда от 28.06.2007 по ч. 4 ст. 309 УК РФ осуждены Г., Ш. и Ш-в, которые, действуя в составе организованной группы, требовали от потерпевшего Ф. дать ложные показания о том, что он оговорил Ш-ва в преступлении по сбыту наркотических средств, требуя также подписать письменное заявление и зачитать его на видеозаписи, угрожая ему убийством. Судом кассационной инстанции приговор оставлен без изменения (кассационное определение ВС РФ от 27.09.2007 по делу № 78-о07-55).

В соответствии с вышеуказанным постановлением Пленума ВС РФ от 27.12.2002 № 29, насилие признается опасным для жизни и здоровья, если оно повлекло причинение вреда здоровью любой степени тяжести (начиная с легкого) либо, хотя и не причинило какого-либо вреда здоровью, но в момент применения создавало реальную угрозу для жизни и здоровья потерпевшего (абзац 2 п. 21).

Приговором Кемеровского областного суда от 17.12.2002 по ч. 4 ст. 309 УК РФ осужден Н.Е., который 10.04.2002 с целью склонения к даче ложных показаний, потребовал от П.К. и К.В. приехать вместе с ним в Мариинский ГРОВД для дачи ложных показаний, при этом угрожал им убийством и причинением вреда здоровью.
Получив отказ от К.В. выполнить его требования, Н.Е. ударил его кулаком по лицу, а затем нанес ему ножом удары в области спины и шеи, причинив ему резаные раны и заставил написать ложное заявление в его пользу. После этого Н.Е., продолжая угрожать убийством и причинением вреда здоровью, увел обоих свидетелей К.В. и П.К. в милицию для дачи ложных показаний в его пользу (кассационное определение СК по уголовным делам ВС РФ от 05.06.2003 по делу № 81-о03-24).

В случае нанесения потерпевшему легкого и средней тяжести вреда здоровью, данные действия охватывается ч. 4 ст. 309 УК РФ. При умышленном причинении тяжкого вреда здоровью необходима квалификация по совокупности преступлений (ч. 4 ст. 309 и ст. 111 УК РФ).
Если субъект склоняет потерпевшего не к изменению показаний, а к тому, чтобы тот, например, отказался от ранее поданного заявления о привлечении к уголовной ответственности («забрал заявление»), подобные действия не образуют состава преступления, предусмотренного ст. 309 УК РФ, и в случае, когда они сопровождались угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, подлежат квалификации по ст. 119 УК РФ.

Приговором Пермского областного суда К. был признан виновным в убийстве своего сына К.Р. и О., в принуждении А. к даче ложных показаний, к уклонению от дачи показаний, соединенном с угрозой убийством, а также с применением насилия, опасного для ее жизни и здоровья.
Как видно из показаний потерпевшей А., в ночь на 07.02.2002, проснувшись от крика К.Р., она увидела, что тот держится руками за живот, а рядом стоит К. с ножом в руке, К.Р. говорил отцу, что хочет жить, подошел к кровати и упал. На кровати лежала убитая О. Она предложила К. вызвать «скорую помощь» и милицию, но он, угрожая применить нож, заявил, что если она сообщит кому-нибудь о случившемся, он ее убьет. К. вытащил трупы на улицу и засыпал снегом, а ее, угрожая ножом, заставил вымыть пол и убрать следы крови. Утром К. запер ее в доме, а сам ушел, держал ее взаперти до дня его задержания 15.02.2002. Когда она 09.02.2002 предложила ему сообщить в милицию, К. разозлился, кулаком ударил ее в лицо, разбив губу, затем взял нож, которым порезал ей челюсть, угрожал ее убить.
Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что действия К. в отношении потерпевшей А. квалифицированы судом по ч. 2 ст. 309 и ч. 4 ст. 309 УК РФ необоснованно, так как, по смыслу закона, принуждение свидетеля к даче ложных показаний или отказу от дачи ложных показаний и уклонению от дачи показаний, может иметь место при производстве предварительного следствия или дознания. В данном случае уголовное дело по факту убийства К.Р. и О. было возбуждено 14.02.2002, то есть уже после совершения К. указанных действий в отношении А., соответственно, их следовало квалифицировать по ст.ст. 119, 115 УК РФ (кассационное определение СК по уголовным делам ВС РФ от 20.09.2002 по делу № 44-о02-117).

В то же время по ч. 3 ст. 309 УК РФ осужден М-н, который после совершения убийства Б., с целью избежать ответственности за содеянное, 07.03.2001 угрожал убийством очевидцу преступления К-вой, потребовав от нее, чтобы она не сообщала о случившемся в правоохранительные органы. 28.03.2001 М-н, приехав в село, где проживала К-ва, вновь стал высказывать ей угрозы убийством, в случае, если она сообщит в милицию или кому-либо еще о совершенном преступлении в отношении Б., при этом ударил ее рукой, причинив побои. Квалифицируя все эти действия М-на, как принуждение свидетеля к уклонению от дачи показаний, суд руководствовался тем, что они носили характер продолжаемого преступления (кголовное дело № 2-62/2002 г. // Архив Новосибирского областного суда, 2002 год). Суд кассационной инстанции данный приговор оставил без изменения (кассационное определение СК по уголовным делам ВС РФ от 04.06.2003 по делу № 67-о03-14).

Квалификация по совокупности деяний

Если действия по принуждению к даче ложных показаний не привели к ожидаемому виновным результату, и он в связи с этим совершает еще и убийство потерпевшего, содеянное квалифицируется по совокупности преступлений.

Так, во время распития спиртного К-в стал требовать от М.М.В. изменить показания по уголовному делу о хищении дубленки, на его отказ не менее двух раз ударил его по голове, и М.М.В. упал на пол. К-в встал ему коленом на грудь и стал душить рукой за горло, отчего тот захрипел. Тогда К-в отпустил его, а через некоторое время снова потребовал изменить показания и на отказ М.М.В. вновь стал его душить. Затем К-в взял простынь, обмотал ею шею М.М.В. и совместно с Я., к которому он обратился за помощью, задушил потерпевшего. Действия К-ва квалифицированы судом по ч. 4 ст. 309, п. «б», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (кассационное определение ВС РФ от 28.12.2010 по делу № 45-о10-133).

Вместе с тем Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ отменила приговор Самарского областного суда от 26.02.2007 в отношении М. в части осуждения его по ч. 4 ст. 309 УК РФ и дело в этой части прекратила.
Согласно приговору, М. был признан виновным в принуждении потерпевшей по другому уголовному делу А. и свидетеля по тому же делу Н. к даче ложных показаний, к уклонению от дачи показаний, совершенном с применением насилия, опасного для жизни указанных лиц. Однако, как следует из определения суда кассационной инстанции, осужденный фактически не предпринимал никаких действий по принуждению свидетеля и потерпевшего по уголовному делу к даче ложных показаний, к уклонению от дачи показаний, а лишил их жизни с той целью, чтобы они не дали показаний по уголовному делу. При таких обстоятельствах состав преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 309 УК РФ, в его действиях отсутствует (Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ за 2007 год).

Уголовная ответственность по ст. 309 УК РФ наступает только в том случае, когда лица, указанные в частях 1, 2 этой статьи, принуждаются к даче ложных показаний, заключения или неправильному переводу. В то же время, если субъект, например, высказывает угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью с целью добиться правдивых показаний, его действия образуют состав преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ.
При применении с этой же целью физического насилия содеянное квалифицируется в зависимости от фактически наступивших последствий, но так же по статьям главы 16 Особенной части УК РФ, предусматривающим ответственность за нанесение побоев и причинение вреда здоровью.
Сказанное не относится к ситуации принуждения к даче правдивых показаний со стороны следователя, дознавателя или другого лица, действующего с их ведома или молчаливого согласия, поскольку в этих случаях применяется ст. 302 УК РФ.



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании


Самое выгодное предложение

Смотрите полезные юридические видеоелкции

Смотреть видеолекции

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Рассылка




© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Уголовный процесс» –
практика успешной защиты и обвинения

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×

Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.