Обвинение в получении взятки отвергли присяжные и Верховный Суд РФ

554
Адвокат убедил присяжных в том, что чиновник не брал взятку.

Рамазанов Ислам Рамазанович, 
главный редактор журнала «Уголовный процесс»

Задержание с поличным, два свидетеля — посредника в передаче взятки, контроль и запись переговоров обвиняемого, арест и содержание под стражей до суда — весь этот «джентльменский набор» доказательств и процессуальных мер присутствовал в уголовном деле в отношении директора муниципального учреждения «Транспортное управление» г. Саратова Юрия Галушко. Тем не менее защитнику удалось убедить присяжных заседателей в невиновности подсудимого, а затем отстоять оправдательный приговор в Верховном Суде РФ.
Если бы не оправдательный приговор, дело, о котором пойдет речь ниже, вряд ли можно было бы назвать уникальным. В подавляющем большинстве случаев аналогичные обвинения, подкрепленные схожей доказательной базой, заканчиваются наказанием подсудимого.

Версия обвинения

Как следует из обвинительного заключения и приговора суда (копии имеются в распоряжении «УП». — Прим. ред.), в начале 2007 г. администрация г. Саратова провела конкурс на право заключения госконтракта на оказание услуг по перевозке пассажиров общественным транспортом в 2008 г., который выиграло ООО «Транс-Сервис».

Согласно условиям конкурса, указанный договор с компанией-победителем заключило муниципальное учреждение «Транспортное управление». Данное учреждение в соответствии с решением Саратовской областной думы и постановлением мэра города занимается организацией пассажирских перевозок общественным транспортом, в частности ежемесячно выдает маршрутные листы на каждое транспортное средство перевозчика, а также контролирует его деятельность.

В декабре 2008 г. срок договора, заключенного между МУ «Транспортное управление» и ООО «Транс-Сервис», истекал. Однако конкурс на право осуществления перевозок пассажиров в 2009 г. городская администрация проводить не стала. Мэр г. Саратова принял решение выдать директору управления Юрию Галушко доверенность на право заключения госконтрактов с перевозчиками, чтобы тот мог самостоятельно выбрать транспортную компанию и заключить с ней договор.
Именно этот документ, по версии следствия, наделил директора Транспортного управления полномочиями, которые он впоследствии использовал в корыстных целях. Как следовало из речи государственного обвинителя в судебных прениях (копия имеется в распоряжении «УП». — Прим. ред.), события развивались следующим образом.

В конце ноября 2008 г. исполнительный директор ООО «Транс-Сервис» Александр Буркин записался на прием к директору управления Юрию Галушко, с тем чтобы договориться о подписании нового договора пассажирских перевозок и получить маршрутные листы на следующий месяц. Как показал на следствии Буркин, Галушко сначала посетовал на отсутствие у Буркина доверенности от генерального директора ООО «Транс-Сервис», а после того как доверенность была предоставлена, отложил подписание договора и сообщил, что встретится с ним (Буркиным. — Прим. ред.) позже. Однако вплоть до 01.12.2008 — дня истечения срока договора о перевозках — Буркин не смог ни встретиться, ни созвониться с Галушко.
01.12.2008 ему позвонил некий Владимир Исаев, назвавшийся представителем администрации г. Саратова, и предложил обсудить вопрос о перезаключении договора пассажирских перевозок. В ходе разговора, который проходил в рабочем кабинете Буркина, Исаев поставил условие: новый договор будет заключен, если Буркин согласится передавать 120 тыс. руб. ежемесячно. Первый «взнос» Исаев потребовал уплатить в тот же день.

Буркин взял паузу для ответа и, посоветовавшись с президентом ООО «Транс-Сервис», решил записывать все телефонные разговоры о передаче денег на диктофон сотового телефона.
Первой записью стал его звонок Исаеву: Буркин сообщил, что согласен на озвученные им условия, но попросил уменьшить сумму ежемесячного «взноса» до 100 тыс. руб. Ответный звонок Исаева, который сообщил о согласии уменьшить сумму и предложил забрать подписанные документы, также был записан.

После этого Буркин позвонил Галушко, также записав беседу на диктофон. В разговоре Галушко подтвердил, что документы готовы и за ними можно приехать. В тот же день Буркин забрал в кабинете Галушко новый договор и маршрутные листы, однако обещанные деньги передавать через Исаева не стал.
Как отметила в своей речи гособвинитель, спустя три дня в ООО «Транс-Сервис» начались проверки. Первыми пришли сотрудники самого МУ «Транспортное управление» — они проверяли организацию 04.12.2008, 08.12.2008 и 09.12.2008. В последний день проверки к ним присоединились контролеры из комиссии при правительстве Саратовской области по обеспечению безопасности дорожного движения, а 11.12.2008 в офис компании наведались сотрудники ГИБДД и прокуратуры.

Расценив административное давление как последствие непередачи взятки, Буркин 11.12.2008 сам позвонил Исаеву и сказал, что согласен отдать деньги. В ответ Исаев потребовал немедленной передачи денег, причем сразу за два месяца и по первоначальной «ставке» 120 тыс. руб., сообщив, что в противном случае давление продолжится. В итоге Буркин и Исаев договорились встретиться на следующий день для передачи денег. Этот разговор Буркин также записал на диктофон.

12.12.2008 в 07.00 Буркин обратился в орган внутренних дел с заявлением о вымогательстве у него взятки директором управления Галушко через посредника Исаева. Оперативники УБЭП ГУВД Саратовской области в ходе оперативного эксперимента задержали Исаева с поличным при получении взятки в размере 240 тыс. руб.

Задержанный Исаев на допросе показал, что действительно вымогал деньги в интересах Галушко и что должен был передать их доверенному лицу директора управления — Арно Ерицяну.

Именно Ерицяну, по версии следствия, Галушко поручил вести с Буркиным переговоры о передаче денег, а тот, в свою очередь, нанял для этого Исаева.

Оперативники вышли на Ерицяна, и на допросе у следователя он признался, что Галушко попросил его подыскать надежного человека для ведения переговоров с Буркиным и получения от него денег. Он также сообщил, что по договоренности с Галушко должен был оставлять себе за услуги посредничества по 20 тыс. руб. от каждого «взноса» в 120 тыс. руб., полученного от Буркина.

13.12.2008 Ерицян согласился под контролем милиции передать Галушко 200 тыс. руб. (именно эту сумму составляли два ежемесячных «взноса» от Буркина за вычетом полагающихся Ерицяну 40 тыс. руб. — Прим. ред.). В тот же день он встретился с Галушко в его кабинете и оставил там пакет с деньгами. После этого Галушко был задержан оперативниками УБЭП.
Спустя месяц с небольшим Юрию Галушко было предъявлено обвинение по п.«в», «г» ч.4 ст.290 УК РФ (получение взятки в особо крупном размере, сопряженное с вымогательством), и с января по сентябрь 2009 г. он содержался под стражей.

Доказательства обвинения

Основными доказательствами обвинения стали расшифровки фонограмм телефонных переговоров, видеозапись передачи денег и свидетельские показания посредников.

Так, свидетель Ерицян на допросе в ходе следствия сообщил, что познакомился с директором МУ «Транспортное управление» Юрием Галушко весной 2008 г. Галушко намеревался уволить за прогул его дочь, которая работала в управлении, но после его просьбы не стал этого делать. 

Ерицян признал, что в ноябре 2008 г. Галушко поручил ему потребовать от руководителя ООО «Транс-Сервис» Александра Буркина деньги за подписание нового договора, но посоветовал не озвучивать это предложение самому, а сделать все через посредника. В качестве посредника был выбран Владимир Исаев, который незадолго до этого обращался к Ерицяну с просьбой помочь с трудоустройством.

Ерицян также подтвердил подлинность всех фонограмм телефонных переговоров между ним и Исаевым, которые были получены в результате ОРД и озвучены ему на следствии. При этом он пояснил: в день, когда Исаев получил деньги, он (Ерицян) сначала согласился их взять, так как не знал о задержании Исаева с поличным. Но потом перезвонил и отказался встречаться с Исаевым для получения денег.

Из материалов дела
«Как следует из показаний свидетеля Ерицяна А.С. в тот момент, когда он уже мог получить деньги от Буркина А.Г. и передать их Галушко Ю.С., он испугался, поскольку понимал, что их требование от Буркина А.Г. незаконно, и решил полностью и окончательно отказаться от участия совместно с Галушко Ю.С. в их получении В тот же день он по приглашению сотрудников милиции приехал в УБЭП ГУВД Саратовской области, где рассказал об обстоятельствах требования денежных средств от Буркина А.Г. сообщил, что деньги у БуркинаА.?Г. требовал Галушко?Ю.С.»

У следствия не было возможности проверить, узнал ли на самом деле Ерицян о задержании Исаева и по этой ли причине отказался от встречи с ним. Расценив его действия как добровольный отказ от совершения преступления, следствие не стало возбуждать в отношении него уголовное дело, и в дальнейшем он проходил по делу Юрия Галушко как свидетель.

Показания Исаева, данные в ходе следствия, практически полностью совпадали и дополняли показания Ерицяна. После задержания в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч.?5 ст.?33 — п.«в», «г» ч.?4.ст. 290 УК РФ (пособничество в получении взятки в крупном размере, сопряженным с вымогательством). Но после того как он начал сотрудничать со следствием, уголовное преследование в отношении него было прекращено.

Следствие также допросило других свидетелей, в частности президента и гендиректора ООО «Транс-Сервис», которые подтвердили, что со стороны Галушко неоднократно поступали угрозы и предпринимались попытки «выдавить» их компанию с рынка пассажирских перевозок. Показания свидетелей подтвердили слова Буркина о вымогательстве взятки в 240 тыс. руб. посредником Исаевым.

Примечателен тот факт, что в качестве доказательств к делу были приобщены и все записи разговоров, сделанные потерпевшим Буркиным с помощью мобильного телефона. Данные записи были перенесены им на лазерные диски, а те, в свою очередь, изъяты в ходе выемки у него в офисе.

Из записей телефонных переговоров смысл бесед, как правило, был очевиден. Видимо, предъявление этих фонограмм отчасти способствовало тому, что посредники Исаев и Ерицян пошли на сотрудничество со следствием.

Из материалов дела
Телефонный разговор Буркина А.Г. и. Исаева В.Н. (фрагмент расшифровки диктофонной записи):
«Исаев В.Н.: Вот, вот слушай, что они мне велели передать Короче, администрация приказала продлить вот эти ваши договора на три месяца За деньги. Вот такой разговор Деньги не позднее чем завтра отдать, все сто двадцать тысяч Вот все, что мне сказали вам передать. Если, говорит, условия не будет выполнять, мы фирму закрываем
Буркин А.Г.: ПонятноТо есть завтра — край-срок
Исаев В.Н.: Да. Деньги мне.
Буркин А.Г.: Ну я понял, что деньги тебе
Исаев В.Н.: Мне даже там инструктаж: деньги в руки не бери. Вон в бардачок положили, говорит, и уехал
Буркин А.Г.: Ну, мне как бы с Юрием Сергеевичем (Галушко. — Прим. ред.) встретиться Ну, что говорить, сначала надо отдавать, а потом разговаривать. Правильно?
Исаев В.Н.: Я понял так, что Юрий Сергеевич там особенный вес не имеет, там ему уже приказывают, Юрию Сергеевичу.
Буркин А.Г.: Все равно закорючку-то он ставит такие вопросы он решает.
Исаев В.Н.: Ну да». 

Как отметила гособвинитель, подсудимый точно знал, что Ерицян, придя 13.12.2008 к нему кабинет, принес деньги от Буркина. По ее мнению, это подтверждали запись состоявшегося накануне телефонного разговора между ними 
и аудиовидеозапись, произведенная во время передачи денег в кабинете Галушко, с помощью аппаратуры, которой Ерицяна снабдили оперативники.

Из материалов дела
Фрагмент речи государственного обвинителя:
«Обратимся к разговору Ерицяна А.С. и Галушко Ю.С. 13 декабря 2008 г. Ерицян А.С. говорит: «Что он? Успел, елки-палки. Что? И оттуда «наезд» на него и отсюда «наезд» на него». Галушко Ю.С подтверждает: «Ну да». Ерицян А.С.: «Все, ребята, только уберите этот «наезд». Галушко Ю.С.: «Ладно, уберу». После Ерицян А.С. пояснил, что принес деньги от Буркина сразу за два месяца. Галушко Ю.С. спросил его: «Здесь сколько?». Ерицян А.?С. ответил: «Двести. Двести тысяч». Затем Галушко Ю.С. поинтересовался, согласно ранее достигнутой договоренности о 20 тыс. рублей из 120 тыс. рублей за посреднические услуги Ерицян А.С. сказал, что все нормально, т.е. 40 тыс. рублей он взял себе за выполненную работу».

Секретари Юрия Галушко на допросе (на следствии) также сообщили, что исполнительный директор ООО «Транс-Сервис» Буркин А.Г. начиная с 27.11.2008 несколько раз пытался связаться с их шефом, но безуспешно. Те же секретари и водитель Галушко пояснили, что 13.12.2008, в день задержания их начальника, к нему в кабинет после ухода Ерицяна никто не заходил и что сам он не выходил вслед за Ерицяном, не пытался его остановить или догнать. По мнению следствия, последнее обстоятельство подтверждало наличие у Галушко умысла на получение взятки: обнаружив после ухода посетителя посторонний пакет с деньгами, он не попытался его вернуть.

Аргументы защиты

По версии защитника подсудимого, адвоката Московской коллегии адвокатов «Сословие» Николая Ведищева, уголовное преследование его подзащитного явилось результатом того, что он начал наводить порядок в транспортном хозяйстве города. Это не понравилось тем, кто хотел поставить на его должность своего человека.
В начале своей речи в прениях адвокат отметил, что нельзя назвать взяткой передачу денег чиновнику, если он выполнил свои обязанности гораздо раньше, чем получил деньги, якобы причитавшиеся за эти действия.

Из материалов дела
Фрагмент речи защитника:
«За что в нашем случае давались деньги? С позиции государственного обвинителя — за заключение между ООО «Транс-Сервис» и МУ «Транспортное управление» договора на оказание транспортных услуг и выдачу маршрутных листов Но договор был заключен 1 декабря 2008 года и листы были выданы 1 декабря, а факт взятки был 13 декабря 2008 года, спустя две недели. Вопрос: за что же тогда давалась взятка, если договор заключен, маршрутные листы уже выданы? За что? Если просто так, тогда это уже, извините, провокация».

Далее адвокат зачитал выдержку из обвинительного заключения, где говорилось, что после заключения договора и получения маршрутных листов исполнительный директор ООО «Транс-Сервис» Буркин А.Г. не стал передавать деньги посреднику Исаеву В.Н. и вообще прекратил вести переговоры о передаче взятки.

Это обстоятельство, по мнению защитника, указывало на то, что взятка предназначалась не за заключение договоров и выдачу маршрутных листов, а за то, чтобы чиновник перестал инициировать проверки в ООО «Транс-Сервис». Однако в обвинительном заключении не было ни слова о том, что деньги передавались за прекращение проверок.

Адвокат также напомнил: если должностное лицо выполняет законные действия, за совершение которых ему якобы были переданы деньги, обвинения в вымогательстве взятки необоснованны.

Обвинение, по мнению адвоката, не смогло достоверно доказать, что Галушко инициировал или мог инициировать проверки в ООО «Транс-Сервис», а в ангажированность сразу всех проверяющих органов вообще трудно поверить. В подтверждение своих слов он представил суду данные контролирующих органов о том, что ООО «Транс-Сервис» было включено в план проверок на 2008 г. При этом адвокат обратил внимание суда на то, что ни одно из нарушений, выявленных по результатам проверок, компания даже не попыталась оспорить.

В противовес доводам обвинения о том, что вымогательство взятки заключалось в затягивании подписания договора о якобы необоснованном уклонении Галушко от встречи с Буркиным, адвокат привел контраргументы. Он уточнил, что 27.11.2008 (за три дня до истечения срока договора между МУ «Транспортное управление» и ООО «Транс-Сервис») Галушко еще не был уполномочен подписывать новый договор и выдавать маршрутные листы. 29.11.2008 и 30.11.2008 выпадали на выходные дни.

Таким образом, на подготовку и подписание документов у сторон был всего один день — 28.12.2008. За этот день нужно было проделать огромный объем работы (одних только маршрутных листов требовалось более 200). Тем не менее, как подчеркнул защитник, все документы были подписаны и выданы вовремя и никакого срыва пассажирских перевозок не произошло.

Отдельно адвокат остановился на процессуальных нарушениях, допущенных в ходе следствия, и различных нестыковках в обвинении. Одна из таких нестыковок касалась суммы взятки. Задержанному с поличным посреднику Исаеву в рамках оперативного эксперимента были переданы 240 тыс. руб. В случае с Галушко речь шла уже о 200 тыс. руб., так как 40 тыс. руб., согласно договоренности, должен был забрать себе посредник Ерицян.

Несмотря на это, следствие вменило Юрию Галушко получение взятки в размере 240 тыс. руб., что, по мнению адвоката, не соответствовало действительности и походило на провокацию взятки в ходе ОРМ.

На провокационный характер действий оперативных сотрудников, по его словам, указывал и ряд других обстоятельств, в частности отказ основного свидетеля Ерицяна от показаний, данных на следствии. В суде он полностью отрицал свое участие в передаче взятки Галушко, заявил, что его оговорили и оказывали на него давление.

Адвокат обратил внимание присяжных на то, что Ерицян добровольно отказался брать деньги для передачи Галушко у задержанного днем ранее Исаева. Тем самым, по мнению защитника, цепочка передачи денег от предпринимателя к чиновнику была разорвана. Однако оперативные сотрудники не захотели смириться с этим и решили склонить Ерицяна к встрече с Галушко для передачи ему денег.

На допросе в суде Ерицян сообщил, что 12.12.2008, за день до передачи взятки, его задержали на посту ГИБДД, затем доставили в УБЭП, где он и написал заявление о преступлении. Однако адвокат заметил, что заявление Ерицяна датировано не 12.12.2008, а 13.12.2008, и попросил его объяснить ситуацию. Ерицян сообщил, что ночь с 12.12.2008 на 13.12.2008 он провел у себя дома в присутствии оперативников, распивал с ними спиртные напитки и спал всего два часа.

Неожиданно всплывшие новые подробности дела сделали особенно заметными нестыковки в обвинении. Кроме того, сказанное Ерицяном означало, что оперативные сотрудники нарушили запрет на подстрекательство, склонение, побуждение к совершению противоправных действий со стороны правоохранительных органов, установленный в ст.?5 Федерального закона от 12.08.95 №?144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

В дополнение ко всему оказалось, что доказательств, однозначно подтверждающих факт получения взятки, у обвинения нет. На допросе в суде Ерицян категорически отрицал факт передачи взятки Галушко. По мнению адвоката, не подтвердила данный факт и видеозапись оперативного эксперимента.

Сами фигуранты заявили, что при встрече обсуждали вопрос аренды одной из автобаз. Заключения экспертиз, определявших принадлежность голосов на записях, сделанных в кабинете Галушко, а также во время телефонных переговоров, носили не категоричный, а вероятностный характер. Считая этот момент принципиально важным, защитник обратил на него внимание суда. 

Обвинение, по мнению защитника, не смогло доказать и самое важное — наличие умысла на получение взятки. Чтобы убедить в этом присяжных, адвокат в своей речи в прениях озвучил ряд вопросов, на которые, по его мнению, сторона обвинения в ходе судебного следствия не смогла дать однозначных ответов и подкрепить неопровержимыми доказательствами.

Из материалов дела
Фрагмент речи защитника :
«Не доказав умысел, мы не можем дальше утверждать о том, что это была взятка Я не поленился просто сформулировал тезисно:
— Уклонялся от подписи договора?
— Представлял ли Галушко информацию для Ерицяна для вымогательства взятки у Буркина?
— Знал ли Галушко о переходе сумм от Буркина к Исаеву, от Исаева к Ерицяну, и каким доказательствами это подтверждается?
Таким образом, не доказано: за что давались деньги; сумма, которая вменяется; умысел в получении взятки; что Галушко знал и имел какое-то отношение ко всей этой цепочке получения 
денег».

Наконец, защитник акцентировал внимание суда на том, что даже потерпевший Буркин ни разу не утверждал, что чиновник лично у него вымогал деньги.

Исаев на допросах оба раза (первый раз — будучи еще в статусе задержанного, второй — как свидетель) сообщил, что не знаком, никогда не встречался с Галушко Ю.?С. и лишь предполагал, что Юрий Сергеевич — тот самый чиновник администрации, для которого он брал деньги. А история и показания, данные в суде, последнего звена в цепочке передачи денег — Ерицяна — полностью опровергали доводы обвинения.

Завершая свое выступление, адвокат напомнил присяжным о моральной ответственности за осуждение невиновного человека. Он подчеркнул, что речь идет об экономическом преступлении, за совершение которого было бы справедливо «наказывать рублем». 

Вердикт и приговор

Восемь из двенадцати присяжных проголосовали против обвинения директора МУ «Транспортное управление» в совершении преступления. В сентябре 2009 г. Саратовский областной суд вынес в отношении Юрия Галушко оправдательный приговор и постановил освободить его из-под стражи.
Прокуратура Саратовской области обжаловала приговор в кассационном порядке, однако Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила его в силе1.

В 2007 г. Левону Чахмахчяну, бывшему члену Совета Федерации от Калмыкии, предъявлено обвинение в хищении чужого имущества в особо крупном размере. Удручающие цифры коррупции и в силовых структурах. В 2007 г. в России за факт коррупции осуждено 16 генералов и 180 полковников1.
По статистике Генеральной Прокуратуры, высокими темпами в 2008 г. росло число должностных преступлений, часть которых относится к коррупционным. Их выявлено более 43 тысяч2.

Интервью с Николаем Павловиче ВЕДИЩЕВЫМ, адвокатом оправданного:


«Защита строилась исключительно на провалах в доказательной базе обвинения»

— Почему был выбран суд присяжных?
— Потому что в абсолютную беспристрастность следствия и профессиональных судей в данном случае верилось с трудом. Следователь заявил мне напрямую, что на него давит руководство и настаивает на скорейшем аресте Галушко. Следствие трижды выходило с ходатайством о взятии под стражу моего подзащитного, обосновывая своими догадками о якобы имеющем место давлении на свидетелей с его стороны. Дважды суд отказывал в этом, однако в третий раз при том же обосновании ходатайства дал согласие на арест.

В итоге мой подзащитный провел в изоляторе временного содержания девять месяцев. На процессе я спрашивал у свидетелей, оказывал ли на них Галушко или вообще кто-либо давление, на что они отвечали отрицательно.
Что касается судей, то, думаю, не открою секрета, если скажу, что профессиональный судья почти никогда не вынесет оправдательного приговора обвиняемому, содержавшемуся под стражей. Даже если станет ясно, что преступления он не совершал, суд в лучшем случае приговорит его к тому сроку лишения свободы, который он уже отсидел в ИВС.
При таких условиях ведения следствия у нас была единственная надежда на суд присяжных.

— Могли бы вы рассказать о каких-либо особенностях работы с присяжными заседателями?
— Всех секретов сейчас раскрывать не буду, но скажу сразу: никаких сверхъестественных способностей для работы с присяжными адвокату не требуется. По данному вопросу имеется достаточно литературы с рекомендациями от юристов, психологов. По большому счету все они сводятся к одному: адвокат должен грамотно использовать свои возможности в формировании коллегии присяжных (практические советы по этой теме — в одном из следующих номеров «УП». — Прим. ред.) и прибегать к помощи психологии.
Поскольку в данном деле моим подзащитным был 42-летний мужчина, мы решили, что будет лучше, если в коллегии присяжных окажется максимальное число женщин. Расчет очевиден: женщины более милосердны, тем более к мужчине в самом расцвете сил. В итоге из 30 кандидатов в число 12-ти основных присяжных были выбраны только женщины, и лишь двое запасных были мужчинами. Расчет оказался настолько верным, что я заметил, как две из женщин-присяжных плакали во время моего выступления в прениях.

— Но как вам это удалось, ведь по закону1 каждая из сторон может заявить только два немотивированных отвода?
 Немотивированных — два, но число мотивированных не ограничено. Поэтому следующий наш шаг состоял в том, чтобы выявить, кто из кандидатов в присяжные имеет даже малейшее отношение к правоохранительным органам. Каждому кандидату был задан вопрос: имеет ли он или она родственников (друзей, опыт работы) в милиции, и т. д. Таких кандидатов оказалось трое, и все они по моим мотивированным отводам были исключены.

— Гособвинитель обжаловал оправдательный приговор в Верховный Суд РФ, который тем не менее оставил его в силе. Но чем мотивировал свое кассационное представление прокурор? Ведь оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта присяжных, можно обжаловать только в ограниченном числе случаев.

— На мой взгляд, в данном деле гособвинение показало себя, мягко говоря, не с лучшей стороны. И это притом что дело целиком основывалось на доказательствах, представленных обвинением, а защита строила свою позицию исключительно на провалах в доказательной базе обвинения.

К рассмотрению дела в кассации обвинение также подготовилось крайне слабо. В подтверждение тому приведу лишь несколько показательных примеров.
В кассационном представлении прокурор ссылалась на то, что сторона обвинения была ограничена в представлении доказательств, в частности ей не была дана возможность повторно допросить одного из свидетелей — Ерицяна А. С. В ответ на это я просто зачитал протокол судебного заседания, в котором было написано: на вопрос председательствующего о том, имеются ли у стороны обвинения какие-либо вопросы к свидетелю Ерицяну А. С., гособвинитель ответила, что их нет. На вопрос о том, нуждается ли обвинение в повторном допросе Ерицяна А. С., снова дан отрицательный ответ.
В кассационном представлении прокурора также отмечалось, что председательствующий допустил ошибки в напутственном слове, не до конца и неполно разъяснил права сторон и т. д. Здесь снова пришлось процитировать протокол судебного заседания. Согласно протоколу, на вопрос председательствующего о том, есть ли какие-либо замечания или дополнения к напутственному слову, гособвинитель ответила, что таковых не имеется.
Прокурор также утверждала, что адвокат обвиняемого предрешил исход дела путем анализа предъявленных в суде доказательств и некорректно выступал в прениях, ставя вопросы, которые не входят в круг вопросов, разрешаемых присяжными. На самом деле я лишь вставал и делал заявление после предъявления доказательств. Например, после предъявления видеозаписи, сделанной в кабинете Галушко якобы при передаче взятки, я заявил, что факт передачи и приема денег на записи не виден. После предъявления аудиозаписей телефонных переговоров я указывал на то, что в разговорах не произнесены ни фамилия обвиняемого, ни сумма взятки, ни само слово «взятка».
По сути дела, обвинитель договорилась до того, что ей не нравится интерпретация добытых доказательств стороной защиты. Но ведь это естественно! Зачем же тогда нужна защита, если не для анализа доказательств, которые лежат в основе обвинения человека в преступлении?
Поэтому нет ничего удивительного в том, что Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила приговор 
в силе. 



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании


Самое выгодное предложение

Смотрите полезные юридические видеоелкции

Смотреть видеолекции

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Рассылка




© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Уголовный процесс» –
практика успешной защиты и обвинения

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×

Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.