Суд оправдал милиционеров, обвиненных в сокрытии сообщения о преступлении

1634
Защитник смог добиться оправдания правоохранителей

Проблема качества работы сотрудников милиции на сегодня, наверное, одна из самых обсуждаемых в обществе. Надо признать, что во многих ситуациях правоохранители своими действиями действительно дают повод для упреков. В то же время не стоит отрицать, что к общему потоку претензий подмешиваются случаи необоснованных обвинений, вызванных желанием отдельных руководителей подразделений «органов» избавиться от неугодных подчиненных, или межведомственные распри силовых структур.

В рассмотренном ниже деле защите удалось доказать невиновность сотрудников милиции, которых пытались привлечь к ответственности за то, что они якобы умышленно не стали регистрировать, возбуждать и расследовать уголовное дело по факту кражи. Существенные нестыковки в доказательной базе обвинения, грубейшие процессуальные нарушения, допущенные органом расследования, которым дал оценку в приговоре суд, наталкивают на мысль о «заказном» характере дела. Впрочем, «заказчиков», установить не удалось, а противоправность поведения сотрудников внутренних дел на первый взгляд могла показаться очевидной.

Версия обвинения

Ситуацию, в которой оказались трое сотрудников ОВД Дорогобужского района Смоленской области, еще недавно можно было назвать типичной для правоохранительных органов в целом: из-за негласного приказа не ухудшать показатели раскрываемости сотрудники МВД не спешили регистрировать поступающие заявления о преступлении.
Как следует из приговора суда, утром 30.12.2004 гражданка Шорина Е. И. позвонила в дежурную часть ОВД. Она сообщила, что в период с 27.12.2004 по 30.12.2004 из квартиры, в которой проживает ее дочь с мужем — Васильевы Р. Л. и С. М. (пос. Верхнеднепровский, ул. Ленина, д. 18, кв. 12), был украден кухонный стол (стоимостью около 1000 руб.).
Оперативный дежурный Вабищевич В. Ф. принял вызов и передал информацию о проверке сообщения дежурному поселкового отделения милиции пос. Верхнеднепровский Лещевой М. А., так как в тот момент след-ственно-оперативная группа (далее — СОГ, опергруппа) ОВД уже находилась в данном поселке. В состав группы входили старший следователь следственного отдела при ОВД Зеленчук И. А., старший оперуполномоченный ОУР ОВД Корначев И. А. и участковый уполномоченный ОВД Лебедев В. А.
Прибыв на место, милиционеры обнаружили, что форточка в кухне квартиры была разбита. Супруги сообщили, что у них пропал стол, купленный ими за несколько дней до происшествия в местном магазине. Оценив ситуацию, следователь Зеленчук предложил Васильевым выбрать один из двух вариантов дальнейших действий: либо он проводит расследование по факту кражи по всем правилам — с осмотром квартиры в присутствии понятых и другой «волокитой», но на деле стол никто искать не будет, либо супруги пишут заявление о ложном вызове, а розыск пропавшего стола будет поручен оперативному сотруднику.
Васильевы, по версии обвинения, согласились на второй вариант и под диктовку Зеленчука написали заявление о ложном вызове. После этого Зеленчук, Корначев и Лебедев вернулись в ОВД и сообщили дежурному, что вызов был ложным.
Примечательно, что предпосылкой для возбуждения уголовного дела в отношении сотрудников ОВД послужило заявление о краже, поданное только через три с лишним месяца после описанных выше событий — в апреле 2005 г. Результаты служебной проверки, а затем и результаты расследования по уголовному делу показали: Зеленчук, Корначев и Лебедев, желая улучшить статистические показатели раскрываемости и создать видимость благополучия в криминогенной обстановке района, нарушили свои функциональные обязанности, установленные законом (п. 3. ст. 10 Закона РФ от 18.04.1991 № 1026-1 «О милиции», Инструкцию о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел РФ сообщений о преступлениях и иной информации о правонарушениях, утвержденную приказом МВД России от 13.03.2003 № 1581 (далее — Инструкция), а следователь Зеленчук — также ст. 7, 21, 38 УПК РФ).
Все трое сотрудников ОВД категорически отрицали даже сам факт выезда на квартиру Васильевых по сигналу о краже. Они пояснили, что 30.12.2004 в это время (с 10.00 до 13.00) находились в здании ОВД Дорогобужского района, откуда выезжали в составе СОГ только дважды — в 16.00 и 18.00.
Тем не менее им было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 285 УК РФ «Злоупотребление полномочиями».

Доказательства обвинения

Основными доказательствами стороны обвинения стали показания супругов Васильевых, признанных потерпевшими по делу, и дежурного ОВД Дорогобужского района Вабищевича В. Ф., допрошенного в качестве свидетеля.
Васильевы на следствии давали примерно одинаковые показания о произошедшем.
Оба они утверждали, что, обнаружив пропажу стола, они пошли к сестре Васильевой С. М. — Шориной Л. В., чтобы вызвать по телефону милицию. Номер «02» долгое время был занят. Тогда Васильева позвонила своей матери (Шориной И. И.) на работу, рассказала о пропаже стола и попросила ее вызвать по телефону милицию. Чтобы проверить факт обращения в милицию с сообщением о пропаже, следствие допросило Шорину И. И. и нескольких ее сослуживцев, которые подтвердили слова Васильевой.
Свидетель Вабищевич В. Ф. на допросе сообщил, что помнит о звонке с сообщением о краже стола в пос. Верхнеднепровский. Поскольку СОГ в то время уже находилась в данном поселке по другому вызову, Вабищевич связался с дежурным в поселковом отделении милиции и через него дал указание опергруппе проверить сообщение о краже. Регистрацию сообщения в журнале учета иной информации о правонарушениях (далее — журнал) и книге учета сообщений о преступлениях (далее — книга учета) он не произвел, так как в момент его поступления журнал и книга учета находились у начальника штаба ОВД Овчинникова М. М. Когда тот вернул их, Вабищевич не стал регистрировать сообщение, поскольку сотрудники СОГ сообщили ему о ложном вызове.
Вабищевич признал, что совершил должностной проступок: несмотря на отсутствие журнала и книги учета, он обязан был зарегистрировать сообщение о краже. Вместе с тем он подчеркнул, что действовал неумышленно и не хотел, чтобы были нарушены права потерпевших.
Слова дежурного подтвердил начальник штаба. Он сообщил, что действительно забирал журнал и книгу учета у дежурного и вернул их только вечером того же дня, и что сам дежурный был привлечен к дисциплинарной ответственности по итогам служебной проверки.
Нужно отметить, что факт отсутствия журнала и книги учета, зафиксированный в протоколе осмотра данных документов, гособвинитель счел доказательством, подтверждающим виновность сотрудников СОГ. В качестве документов, подтверждающих вину милиционеров, прокурор представил также приказы и заключения служебной проверки, по итогам которой им были объявлены выговоры.

Аргументы защиты

Защита обратила внимание суда на ряд процессуальных нарушений, допущенных в ходе расследования.
Прежде всего, защита указала, что основания для возбуждения в отношении сотрудников ОВД уголовного дела по ст. 285 УК РФ отсутствовали, поскольку факт кражи в квартире Васильевых не был подтвержден.
Так, оказалось, что в заявлении по факту кражи потерпевшая перепутала номера квартиры и дома, указав, что кража ее имущества (стола) была совершена из квартиры № 18 дома 12. Не проверив данные в заявлении, следователь ОВД возбудил уголовное дело по ст. 158 УК РФ и в постановлении также указал на кражу стола из квартиры № 18 дома 12. Между тем сотрудникам СОГ были предъявлены обвинения, связанные с кражей из кв. 12 д. 18 по ул. Ленина, по факту которой уголовного дела вообще не возбуждалось. Защита представила в суд справку МУП «Жилкмосервис» о том, что в поселке Верхнеднепровский по улице Ленина не существует квартиры № 18 в доме 12.
Защита также выдвинула версию, что обвинение необоснованно сочло доказанным факт кражи, тогда как могла иметь место ее инсценировка. Эта версия была основана в том числе на показаниях потерпевшего Васильева. На допросах в ходе следствия он показал, что сам открыл дверь квартиры, поскольку ключ был только у него, а следов взлома двери ни он, ни его жена не обнаружили.
Однако в суде Васильев опровергнул ранее данные показания и сообщил, что сам дверь не открывал. Его жена, в свою очередь, указала на отсутствие следов взлома на двери. Получалось, что «взломанной» была только форточка. Адвокаты отметили, что вынести стол через разбитую форточку было невозможно.
Защита также указала на дру-гие обстоятельства, относительно которых потерпевший сообщил ложные сведения. В частности, были опровергнуты показания Васильева о том, что он никогда не сталкивался с работой сотрудников милиции. Согласно представленным защитой данным из УВД области в отношении Васильева было возбуждено уголовное дело по ст. 213 УК РФ «Хулиганство». Кроме того, он трижды привлекался к ответственности за управление автомобилем в состоянии алкогольного опьянения.
Также защитники проверили все магазины районного центра и представили суду справки о том, что ни в одном из них не продавались столы, подобные тому.
Наконец, самым веским аргументом защиты стало указание на отсутствие в деле протокола предъявления обвиняемых для опознания. Как выяснилось, данное следственное действие вообще не проводилось.

Выводы суда

Выслушав аргументы защиты и обвинения и исследовав представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу, что обвинение не смогло доказать вину подсудимых. Прокурор не представил никаких бесспорных доказательств, свидетельствующих о краже стола, тем более что производство по делу по ст. 158 УК РФ было приостановлено.
Показания одного из ключевых свидетелей обвинения — дежурного ОВД Ваби-щевича — суд счел неправдивыми. Его слова, что он передал информацию о краже дежурному отделения милиции в пос. Верхнеднепровский, были опровергнуты показаниями самого дежурного — свидетеля Лещевой. Если на следствии она показала, что не помнит всех событий того дня, то в суде категорически отрицала факт получения сообщения о краже от Вабищевича в указный день. Допрошенные помощники Вабищевича также не смогли вспомнить, принимал ли тот сообщение о краже стола.
Поскольку ни один из служащих ОВД кроме Вабищевича не подтвердил факта обращения потерпевших в милицию, суд счел, что Вабищевич дал ложные показания с целью избежать уголовной ответственности. В отсутствие журнала и книги учета дежурный должен был зафиксировать поступившее сообщение о преступлении в рабочей тетради с тем, чтобы потом перенести его в журнал. Однако он этого не сделал.
Вместе с тем, суд подтвердил правильность выводов защитников о том, что направление опергруппы для проверки сообщения о преступлении без регистрации его в журнале и книге учета категорически запрещено Инструкцией. По мнению суда, отсутствие регистрации сообщения о краже не подтверждало вину милиционеров, а напротив, свидетельствовало в пользу их невиновности, ведь в должностные обязанности сотрудников группы не входит регистрация сообщений о преступлении.
Суд указал, что бесспорным доказательством виновности подсудимых могли бы стать результаты опознания обвиняемых потерпевшими. Однако следствие не стало проводить опознание, несмотря на то, что никаких препятствий к тому не имелось.
Из оглашенных в суде показаний Ва--сильевой следовало, что она не могла опознать никого из приезжавших к ней по факту проверки сообщения о краже сотрудников милиции. Однако в суде Васильева пояснила, что на следствии дала ложные показания. В действительности она могла опознать сотрудников милиции, но просто не хотела их «выдавать». Оба супруга заявили, что в действительности на опознание им милиционеров никто не предъявлял, что их фамилии они узнали только от следователя прокуратуры.
Не смог отрицать этот факт и сам следователь прокуратуры. В суде он пояснил, что потерпевший Васильев, находясь у него на допросе, случайно увидел на его столе ксерокопию фотографии одного из обвиняемых (следователя Зеленчука) и опознал его.
Подсудимый Зеленчук, в свою очередь, рассказал в суде весьма любопытную историю о том, как проводилась очная ставка между ним и одним из потерпевших.

ИЗ ПРИГОВОРА СУДА. «Подсудимый Зеленчук И. А. вину не признал и пояснил, что следователь прокуратурывызвал его для проведения очной ставки после смены. Он (Зеленчук — Примеч. ред.) был в милицейской форме, о чем сказал следователю, однако тот ответил, что это ничего. Он (Зеленчук — Примеч. ред.) пришел в прокуратуру и стал ждать, когда придет потерпевший. Когда пришел потерпевший, зашел в кабинет следователя, некоторое время они находились там вдвоем. Он понял, что потерпевшему его (Зеленчука — Примеч. ред.) уже показали. Потом в кабинет пригласили его и стали проводить очную ставку. Во время очной ставки потерпевший Васильев указал дату кражи стола 23.12.2004. Потом следователь дал Васильеву свой сотовый телефон, и тот потом сказал, что стол украли 30.12.2004. Думает, что в телефоне была указана точная дата. Он находился в шоковом состоянии, так как все это происходило при участии адвоката. Из-за своего состояния замечаний в протоколе очной ставки он не писал». 


Касаясь квалификации и существа обвинений, предъявленных сотрудникам ОВД, суд сделал очень важный вывод. Обвиняемым вменялось злоупотребление должностными полномочиями, совершенное из корыстной или иной личной заинтересованности. Однако доказательств корыстного мотива в их действиях обвинение не представило. А такая цель совершения преступления как искусственное улучшение показателей раскрываемости не свидетельствует о личной заинтересованности в этом сотрудников ОВД, а может быть расценена только как ведомственная заинтересованность. Суд также принял довод защиты о том, что приказом МВД России от 23.11.2002 № 1150 такой показатель как общий процент раскрываемости исключен из критериев оценки работы подразделений МВД, а «регистрация преступлений определяется как положительный момент». Кроме того, по данному критерию оценивается работа руководителей подразделений, к которым никто из подсудимых не относится.
Наконец, суд пояснил, что в силу функциональных обязанностей принимать решение о возбуждении уголовного дела либо об отказе в его возбуждении после проверки сообщения о преступлении имеет право только старший опергруппы — следователь. Так как оперативный уполномоченный УР и участковый уполномоченный милиции при выезде на место происшествия для проверки сообщения в составе СОГ не принимают самостоятельных решений, они не являются субъектами преступления по ч. 1 ст. 285 УК РФ применительно к данному обвинению.

В апреле 2007 г. суд оправдал всех троих милиционеров за непричастностью к совершению преступления и признал за ними право на реабилитацию. Судом кассационной инстанции данный приговор оставлен без изменения. В июне того же года он вступил в законную силу.


[1] Приказ № 158 утратил силу в январе 2006 г. после вступления в силу приказа от 01.12.2005 № 985 «Об утверждении инструкции о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о происшествиях».


Исаев Александр Владимирович, учредитель адвокатского кабинета № 77/3-1657 Адвокатской палаты г. Москвы, защитник одного из подсудимых:

—На какой стадии вы стали защищать обвиняемых, и что для вас и ваших коллег было самым сложным при ведении дела?
—Мы вступили в дело с момента его возбуждения. Должен сказать, что в профессиональном плане оно было несложным. Каких-либо серьезных препятствий со стороны сотрудников прокуратуры или еще кого-либо мы не ощущали. Кстати, в Смоленской области это дело не было единичным случаем в тот период времени.
В 2004–2005 гг. по области прокатилась волна уголовных дел, чаще всего в отношении заместителей руководителей ОВД, руководителей отделов УУМ. В основном дела возбуждались по статье 285 «Злоупотребления должностными полномочиями» УК РФ, а милицейским начальникам вменялись в вину попытки сокрытия фактов обращений о преступлениях либо незаконные отказы в возбуждении дел, имевшие место со стороны их подчиненных. Все уголовные дела в отношении должностных лиц были прекращены после обжалования решений о возбуждении дел в суд в порядке статьи 125 УПК РФ и признания таковых незаконными.
Что же касается работы суда, то мы возлагали надежды на профессионализм и объективность судьи и, надо признать, они оправдались. Судья грамотно, квалифицировано и беспристрастно рассматривал дело. Кстати, б'ольшая часть выводов, приведенных судом в приговоре, основывается на аргументах защиты, представленных в ходе судебного следствия и в прениях.

—Пытались ли вы или ваши подзащитные привлечь к уголовной ответственности следователя, который незаконно возбудил уголовное дело, или лжесвидетелей?
—К сожалению, наши доверители не захотели наказывать по заслугам тех, кто необоснованно обвинял их. Впрочем, с точки зрения логики их решение вполне объяснимо: они просто не хотели портить отношения с «системой». Дело в том, что оба оправданных оперативных сотрудника продолжали работать в МВД, только следователь после постановления приговора ушел на пенсию по состоянию здоровья. Более того, свидетель Вабищевич, показания которого суд оценил как ложные и в отношении которого по закону должно было быть возбуждено уголовное дело, вскоре после вступления приговора в силу получил очередное повышение по службе и звание подполковника милиции.

—Суд признал за милиционерами право на реабилитацию. Кто-то из них воспользовался этим правом?
—Только следователь, который к тому моменту вышел пенсию, подал иск о компенсации морального вреда. Он получил компенсацию в несколько тысяч рублей.



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании


Самое выгодное предложение

Смотрите полезные юридические видеоелкции

Смотреть видеолекции

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Опрос

Для адвоката клиент...

  • … всегда прав. Адвокат никогда не посоветует признать вину. Адвокат не может в силу закона идти против воли клиента. Если клиент говорит следствию и в суде, что дважды два это пять, адвокат должен его поддержать. 29.33%
  • …не всегда прав. Адвокат служит закону и правосудию. Правосудие не в том, чтобы виновным избежал ответственности, а в том, чтобы не засудили и в этом задача защитника. Иногда есть смысл уговорить клиента признать вину, чтобы получить наказание поменьше. 70.67%
Другие опросы

Рассылка



© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Уголовный процесс» –
практика успешной защиты и обвинения

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×

Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.