Нарушения в анализе доказательств, допускаемые судом при постановлении приговора

2977
Какие нарушения принципа непосредственного изучения доказательств допускают суды при их оценке и анализе в ходе рассмотрения дела. Какие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ 1996 года суды зачастую не учитывают при постановке приговора. Какие основания не могут являться достаточными для оглашения показаний свидетелей, данных на следствии, без их допроса в судебном заседании
   

Калинкина Любовь Даниловна, к. ю. н., заведующая кафедрой Уголовного процесса, правосудия и прокурорского надзора Мордовского государственного университета имени Н.П. Огарева, Заслуженный юрист Республики Мордовия, почетный адвокат России

Предусмотренное в ст. 240 УПК РФ непосредственное исследование доказательств в судебном разбирательстве предполагает их анализ для познания, уяснения сути, содержания, свойств, порядка их получения и процессуальной формы закрепления через призму предписаний уголовно-процессуального закона.

Но, предусмотрев требование о непосредственности исследования доказательств в ходе судебного разбирательства, УПК РФ не раскрывает его понятие, раскрывая лишь процессуальные способы исследования доказательств. Анализ положений данной нормы ст. 240 УПК РФ позволяет указать на следующее. Во-первых, непосредственность требует, чтобы суд без каких-либо посредствующих звеньев анализировал доказательства по уголовному делу. Во-вторых, доказательства должны быть рассмотрены в ходе судебного разбирательства, для чего они именно в этой стадии уголовного судопроизводства подлежат осмотру, оглашению, заслушиванию или получению при производстве предусмотренных в УПК РФ судебных действий с предоставлением сторонам возможности принять участие в их обсуждении путем заявлений, ходатайств, постановки вопросов.
В- третьих, рассмотрение доказательств в судебном заседании должно происходить при строгом и неукоснительном соблюдении всех предписаний УПК РФ.

Формальный подход к анализу доказательств

Согласно ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. При этом, как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ, «судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены».
 
В соответствии со ст. 380 УПК РФ несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела образует кассационное основание для его отмены или изменения. Выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку они либо не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, либо содержат существенные противоречия, либо основаны на противоречивых доказательствах. В частности, возвращение уголовного дела на повторное судебное рассмотрение на практике происходит в силу того, что суд первой инстанции в ходе первоначального производства не вникает в содержание конкретных и непосредственно в суде рассмотренных доказательств, не уясняя их смысла и не раскрывая сути в судебном решении, не устанавливает непосредственную причинную связь между исследованными в судебном заседании доказательствами и теми обстоятельствами, которые подлежали доказыванию и были описаны судом в установочной (описательной) части судебного решения.
 Эта ситуация - следствие формалистского  подхода к исследованию доказательств и установлению лишь исключительно на их основе круга обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, и свидетельство поверхностно-пренебрежительного отношения к назначению уголовного судопроизводства. В этом таится огромная опасность, поскольку под видом подтверждения выводов суда совокупностью доказательств творится произвол: в судебном решении приводятся доказательства, смысловой и содержательный анализ которых никак не позволяет согласиться с тем, что утверждается в выводах суда.

В обвинительном приговоре Ковылкинского районного суда Республики Мордовия в отношении Я. и III. в качестве доказательств виновности осужденных в совершении вымогательства организованной группой в отношении ряда лиц суд сослался на показания свидетелей С. и М. Однако в показаниях данных свидетелей, приводимых в указанном приговоре в качестве доказательств виновности Я. и Ш. в совершении вменяемых им в вину преступлений, отсутствуют какие-либо сведения об их причастности. Так, свидетель С. в суде однозначно показал, что ни подсудимых, ни потерпевших не знает, ему ничего не известно. То же самое в судебном следствии утверждала и свидетель М., показавшая, что подсудимых не знает, потерпевших тоже не знает.
 Между тем, несмотря на подобный характер показаний данных свидетелей, которые самим судом приводятся в обжалуемом приговоре, их показаниями суд в приговоре обосновывал виновность подсудимых Я. и Ш3. Это как раз один из тех случаев, когда указанными доказательствами, рассмотренными в судебном разбирательстве, не подтверждаются выводы суда (уголовное дело № 25 112).

«Аналогичные» показания свидетелей.
К сожалению, на практике нередки случаи, когда суд в приговоре указывает на показания  свидетелей, которые якобы аналогичны показаниям других свидетелей, без раскрытия того, в чем же суть, смысл и содержание этих показаний. Между тем, ознакомление с содержанием «аналогичных» показаний по протоколу судебного заседания позволяет утверждать либо об их смысловом различии, либо о том, что сведения в них никоим образом не связаны с тем, что установлено судом в том или ином судебном решении. Так, в обвинительном приговоре Пролетарского районного суда г. Саранска от 8 февраля 2005 года в отношении Р., признанного виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 158, ч. 2 ст. 327 УК РФ, при изложении доказательств в подтверждение выводов о его виновности суд в целом ряде случаев не раскрывает существо приводимых им в приговоре доказательств.
В частности, не раскрыто в приговоре существо следующих доказательств: показания свидетелей К, М., Ц., Г., Д., Л., А., С, 3, И, заявление генерального директора ОАО «Завод «Сарансккабель», протокол осмотра документов, протоколы выемки и осмотра журнала учета погрузочно-разгрузочных работ, а также других доказательств, лишь наименования которых указаны в данном приговоре (уголовное дело № 22-510/2005).

 На недопустимость такого отношения к исследованию, анализу доказательств в приговоре указывал и Пленум ВС РФ в п.3. названного выше постановления №1. «Ссылаясь в приговоре на показания допрошенных по делу лиц, заключение эксперта, протоколы следственных и судебных действий и иные документы, подтверждающие, по мнению суда, те или иные фактические обстоятельства, необходимо раскрыть их содержание. Например, не только перечислить фамилии потерпевших, свидетелей, но и изложить существо их показаний».


Отсутствие конкретизации доказательной базы по каждому подсудимому.  
Неподтверждение выводов суда доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, происходит нередко и тогда, когда, например, в приговоре доказательства приводятся без их конкретизации применительно к каждому подсудимому и к каждому эпизоду обвинения. Между тем смысловой анализ не конкретизированных доказательств позволяет подчас заключить о другом характере обстоятельств, подлежавших доказыванию по уголовному делу, отвергая то, что утверждается в приговоре суда относительно них и относительно того, что ими подтверждаются выводы суда в приговоре, в частности, вывод о причастности лица к совершению того или иного преступления.
 В том же п.3 постановления Пленума ВС РФ № 1 судам разъяснено, что «по делу в отношении нескольких подсудимых или по делу, по которому подсудимый обвиняется в совершении нескольких преступлений, приговор должен содержать анализ доказательств в отношении каждого подсудимого и по каждому обвинению».

Так, в обвинительном приговоре Верховного суда Республики Мордовия от 15 марта 2010 года в отношении Р., Г., М., Б., не считаясь с данным разъяснением, нарушая предписания п. 2 ч. 1 ст. 307 УПК РФ, не дает анализа доказательств в отношении каждого подсудимого.
Несмотря на то, что суд обязан вникнуть в суть, содержание  доказательств, уясняя их смысл, значение, устанавливая на их основе обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, к сожаленью, по указанному выше приговору этого не произошло. Хотя  в ходе судебного заседания судом были непосредственно исследованы  доказательства, приведенные в приговоре, однако выводы по ним судом сделаны такие, которые не обусловлены их содержанием. Поскольку из сути и смысла доказательств не вытекают те выводы, которые сделаны судом в обжалуемом приговоре, то такие выводы суда, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании. Такое произошло в силу того, что суд не вникал в содержание конкретных и непосредственно в суде рассмотренных доказательств, не уясняя их смысла и не раскрывая их содержания применительно к каждому осужденному, не установил  непосредственную причинную связь между исследованными в судебном заседании  доказательствами и теми выводами, которые были сделаны в описательной части обжалуемого приговора (уголовное дело № 19657).
Кроме того, конкретный анализ доказательств в приговоре должен быть и по квалифицирующим признакам. Так, согласно п. 2 ст. 307 УПК РФ в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора должны содержаться и доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности подсудимого в совершении преступления по предварительному сговору группой лиц. Подобную позицию неизменно в своих решениях в кассационном порядке занимает Верховный суд РФ и Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Мордовия.

Противоречивые выводы суда.
Неверная юридическая и фактическая оценка свойств, содержания доказательств, рассмотренных в ходе судебного следствия, нередко также порождает неправильные выводы суда. Иногда стремление обосновать виновность порождает на практике абсурдный анализ и оценку доказательств в судебных решениях.

Примечательными в этом отношении являются результаты оценки показаний ряда свидетелей в обвинительном приговоре Чамзинского районного суда Республики Мордовия от 10.03.2006 в отношении В., признанного виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ. Отвергая показания ряда свидетелей, суд в приговоре указал дословно следующее: «Нельзя принять за основу показания свидетелей С, К., Р., которые при встрече с П. (потерпевшим) в разное время в период с 8 по 10 июня 2004 года не видели у последнего каких-либо телесных повреждений по тем основаниям, что они, не обладая специальными познаниями в области медицины, на лице у П. телесные повреждения могли принять за нормальное анатомическое строение и физиологический процесс, в то время как в этой части их показания опровергнуты в судебном заседании показаниями экспертов Л. и X., наделенных специальными познаниями в области проводимых ими по делу исследований и выводами данных ими заключений».
В кассационной жалобе осужденный В., руководствуясь законом и логикой, оценивая доводы суда, исходя из сути и содержания показаний свидетелей, сделал совершенно обоснованный вывод о том, что показания свидетелей отвергнуты надуманными доводами судьи. Осужденный В. указал следующее: «Суд не может предполагать, тем более суд не может предполагать за свидетелей и за тех свидетелей, которые в своих показаниях однозначно, определенно и без каких-либо колебаний утверждали, что телесных повреждений у П. не было. В частности, на стр. 38-39 протокола судебного заседания изложены показания свидетеля С., в соответствии с которыми С. не предполагал и не сомневался в своем ответе о том, что у П. не было телесных повреждений, а на его лице - припухлостей. Свой категорический ответ в этой части объяснил тем, что П. стоял с ним рядом, было утро 10 июня 2006 года, лицо П. было освещено солнцем.
 Определенностью в суде отличались и показания свидетеля К., изложенные на страницах 40 - 41 протокола судебного заседания. Так, в суде он показал, что телесных повреждений у П. не видел, когда с ним встречался 10 июня 2006 года. Категоричным в своих показаниях был и свидетель Р., который показал, что у П. в день ареста В. не было никаких телесных повреждений.
Опровергать указанные показания свидетелей с помощью судейских предположений о нормальном анатомическом строении и физиологическом процессе есть произвольные судейские фантазии о том, почему нормальные люди не могли увидеть синяк, царапину, припухлость. При этом суд вроде как всерьез пытается доказать, что для того чтобы увидеть синяк, царапину, припухлость, другие повреждения на лице, нужно обладать специальными медицинскими познаниями экспертов. У суда получается, что X. и Л. - эксперты, такими познаниями обладающие и в силу этого они могут различить, где синяк, припухлость, другое телесное повреждение, а где нормальный физиологический процесс и нормальное анатомическое строение, а вот свидетели С, К, Р. отличить телесные повреждения от этого самого нормального анатомического строения и физиологического процесса не могут, так как у них специальных медицинских познаний нет. При этом суд отвергает не только показания указанных свидетелей с помощью предположений, но и по сути положение ч. 4 ст. 302 УПК РФ о том, что «обвинительный приговор не может быть основан на предположениях» (уголовное дело № 22 - 1163/04).

Игнорирование противоречий в доказательствах.
Существенное значение для дела имеют все исследованные в суде доказательства, относящиеся к обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу. Например, в судебном заседании исследуются доказательства стороны защиты и стороны обвинения, одним из которых суд дает анализ и оценку, а другие даже не упоминает в приговоре, хотя для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, и оценки доводов сторон они значимы, поскольку на них основывается их позиция по делу.
Истинными не могут быть оба противоречивых доказательства. В любом случае при противоречивости показаний одного и того же лица об одном и том же только одни из них могут быть истинными, другие же не истинны, т. е. являются ложными. Это вытекает не только из положений норм УПК РФ, требующих указать, почему суд отвергает одни доказательства и принимает во внимание другие, но из сути логического закона - закона исключенного третьего: или-или, третьего не дано. Если сведения, сообщаемые тем или иным свидетелем на всем протяжении производства по делу были разными, вплоть до диаметрально противоположных, то они все не могут быть признаны истинными.
В приговоре или ином судебном решении при анализе доказательств мотивы должны приводиться не ради мотивов. Они должны явиться результатом сущностной и содержательной оценки доказательств.
Когда в приговоре излагаются противоречивые доказательства или разные показания одного и того же лица без указания на то, какие из них судом отвергаются, а какие положены в основу принятого судебного решения, то в этом случае нарушаются требования уголовно-процессуального закона о непосредственности исследования доказательств, важной составляющей которого является не только рассмотрение доказательств, но еще и их оценка по правилам свободной оценки доказательств (ст. 17 УПК РФ).

Не соответствуют требованиям УПК РФ и те  случаи, когда в приговоре не только не анализируются существенные противоречия в доказательствах, но и отсутствуют эти доказательства. «Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства» (п. 2 ч. 1 ст. 307 УПК РФ).
На необходимость соблюдения указанных предписаний норм УПК РФ неоднократно указывала и Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда Республики Мордовия в своих решениях, выносимых в кассационном порядке и отменяющих состоявшиеся приговоры в связи с несоблюдением требований ст. 307 УПК РФ.

Несоблюдение указанных требований ст. 307 УПК РФ при составлении Ленинским районным судом обвинительного приговора в отношении С. привело к тому, что в нем виновность С. обосновывается показаниями другого обвиняемого К., который давал их в ходе предварительного следствия и оглашенными в ходе судебного следствия. При этом суд не приводит никаких мотивов того, почему им отвергнуты показания К., данные им в ходе судебного следствия. Больше того, данные показания даже не приводятся в приговоре. Таким же образом суд поступил и при изложении в приговоре показаний свидетелей И., И., М., И., Г., М., П., И., А. Положив в основу приговора их показания, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в ходе судебного следствия, суд не приводит мотивы того, почему отвергнуты показания указанных свидетелей, данных ими в ходе судебного следствия.

Нарушение непосредственности оценки доказательств.
Правила свободы оценки доказательств суду предоставляют простор, при этом в основе свободы судейского усмотрения по оценке доказательств должна лежать непосредственность их исследования в судебном разбирательстве. Чтобы суд имел возможность вникнуть в их смысл, уяснить их суть и содержание, взвешивая свойства доказательств, сопоставляя их друг с другом, чтобы только на их основе формулировать все выводы относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

По уголовному делу в отношении С. Ленинским районным судом г. Саранска нарушение требований ст. 240 УПК РФ о непосредственности исследования доказательств в суде выразилось в том, что суд, при отсутствии предусмотренных в ст. 281 УПК РФ оснований, огласил данные в ходе предварительного следствия показания свидетелей М.. М., К, Т. Основанием для оглашения показаний указанных свидетелей данных в ходе предварительного расследования для суда послужили такие причины их неявки, как служебная командировка, командировка, занятость на работе, заболевание, подтвержденное справкой. Между тем, ни одно из указанных оснований не предусмотрено в ч. 2 ст. 281 УПК РФ для оглашения в суде показаний свидетелей, данных ими на предварительном следствии.
 Нарушение принципа состязательности в  ходе данного судебного разбирательства выразилось и в том, что вопреки требованиям ст. 15 УПК РФ о равноправии перед судом сторон обвинения и защиты и о том, что суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, суд отказал стороне защиты в праве представить доказательства.
Так, в ходе судебного заседания 30.05.2007 стороной защиты заявлялось ходатайство о вызове и допросе в суде в качестве свидетелей стороны защиты М., А., Н., Р., К., 3., У., Ш., Б., М. При этом было заявлено, что данные этих свидетелей   указаны в приложении к обвинительному заключению. Игнорируя грубо принцип состязательности и равенства прав сторон, суд в удовлетворении данного ходатайства отказал по надуманному основанию с формулировкой: «В удовлетворении ходатайства отказать. Разбирательство дела продолжается уже 3-й год, за это время сторона защиты могла сформировать список свидетелей защиты, который суду представлен не был. Защитник К. не указала, какие обстоятельства в интересах защиты могут пояснить перечисленные свидетели».
Согласно ст. 243 УПК РФ председательствующий руководит судебным заседанием, принимает все предусмотренные УПК РФ меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон. Равенство прав сторон в соответствии со ст. 244 УПК РФ означает равные права стороны обвинения и стороны защиты на их участие в исследовании доказательств.
В нарушение данных норм УПК РФ по указанному выше уголовному делу председательствующий в судебном заседании не создал равноценных условий стороне защиты для ее участия в исследовании письменных доказательств.
 Все исследование письменных доказательств  по данному уголовному делу свелось лишь к их оглашению. Так, согласно данным протокола судебного заседания от 17.05.2007 – 13.06.2007 государственный обвинитель только огласил представленные им документы в качестве доказательств стороны обвинения.
 При этом председательствующим в судебном  заседании не предоставлялась возможность стороне защиты заявлять какие-либо ходатайства и делать заявления по оглашенным документам. Ни разу председательствующий не выяснял у участников процесса, нет ли у них каких-либо заявлений, ходатайств по оглашенным документам. Таким отношением к исследованию доказательств были нарушены положения ч. 1 ст. 248 УПК РФ относительно предоставлении защитнику реальной возможности участвовать в исследовании доказательств, заявлять ходатайства.
Были нарушены также требования УПК РФ относительно непосредственности исследования письменных доказательств, представленных стороной обвинения. Несмотря на то, что данная норма УПК РФ предписывает, что «все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию», по данному уголовному делу письменные доказательства непосредственно не исследовались. Созданная видимость такого их исследования в суде выразилась в том, что в большинстве своем текст содержания документов в суде прокурором не был даже оглашен. То, что в протоколе судебного заседания названо оглашением документов, свелось лишь к чтению их названия и не более того. В частности, подтверждением данного обстоятельства служит следующая запись на обороте листа 11 протокола судебного заседания от 17.05.2007 – 13.06.2007, сделанная после оглашения, как указано в протоколе судебного заседания, в полном объеме документов на 132 листах дела тома № 2:
«Подсудимый С. заявил: на изучение 2 тома ушло 5 минут и 30 секунд. Это поверхностное изучение материалов дела. Прошу детально подойти к изучению».
В таком же порядке, без оглашения содержания документов, ограничиваясь лишь чтением их названия, были «исследованы» документы и в другие дни. Так, 22.05.2007 года с 14 часов и до конца рабочего дня поспешно, формально, поверхностно и в ускоренном режиме в судебном заседании были допрошены три свидетеля и «исследованы» 302 листа уголовного дела тома № 7 и 151 лист уголовного дела томов №№ 9,11,12. Получается, что в общей сложности за столь короткий промежуток времени были исследованы 453 листа, многие из которых являлись бухгалтерскими документами и требовали к себе пристального внимания уже при их оглашении» (уголовное дело № 1-254/07).

Выводы

Изложенные выше примеры судебных ошибок и нарушений, разумеется, можно продолжить и ситуация из года в год, не становится лучше. Возможно, с учетом этого было бы правильным дополнить ст. 380 УПК РФ о несоответствии выводов суда, содержащихся в судебном решении, фактическим обстоятельствам дела, пунктом 5 следующего содержания: «суд в судебном решении не раскрыл существо и содержание непосредственно в суде рассмотренных доказательств, не дал анализ непосредственной причинной связи между исследованными в судебном заседании доказательствами и теми обстоятельствами, которые подлежали доказыванию и были описаны судом в установочной (описательной) части судебного решения».



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Академия юриста компании


Самое выгодное предложение

Смотрите полезные юридические видеоелкции

Смотреть видеолекции

Cтать постоян­ным читателем журнала!

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Опрос

Для адвоката клиент...

  • … всегда прав. Адвокат никогда не посоветует признать вину. Адвокат не может в силу закона идти против воли клиента. Если клиент говорит следствию и в суде, что дважды два это пять, адвокат должен его поддержать. 29.33%
  • …не всегда прав. Адвокат служит закону и правосудию. Правосудие не в том, чтобы виновным избежал ответственности, а в том, чтобы не засудили и в этом задача защитника. Иногда есть смысл уговорить клиента признать вину, чтобы получить наказание поменьше. 70.67%
Другие опросы

Рассылка



© Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2016

Журнал «Уголовный процесс» –
практика успешной защиты и обвинения

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».


  • Мы в соцсетях

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
×

Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.