Активировать демодоступ

Уголовный процесс

О спорных вопросах применения меры пресечения в виде заключения обвиняемого под стражу

5 ноября 2019
173
Средний балл: 0 из 5
адвокат 25-ой адвокатской конторы Межрегиональной коллегии адвокатов г. Москвы

Избрание меры пресечения в виде заключения обвиняемого под стражу является одной из наиболее спорных в уголовном судопроизводстве.

В юридической литературе последних лет многие авторы так или иначе затрагивали тему заключения обвиняемого под стражу, учитывая, что Европейским Судом по правам человека вынесены многочисленные Решения против Российской Федерации о нарушение национальными судами положений Статей 5, 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. 

Разъяснения Пленума ВС РФ о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога

Поэтому, мы обратим внимание на одну особенность этой проблематики, выявляемую по результатам обобщения судебной практики по вопросам применения заключения под стражу в качестве меры пресечения по уголовным делам. Эта особенность обусловлена разъяснениями высшей судебной инстанции – Пленума Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 19.12.13 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога». В пункте 2 данного Постановления, со ссылкой на Статью 5 Конвенции, Пленум ВС РФ разъяснил, что – «избрание в качестве меры пресечения заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению. Обоснованное подозрение предполагает наличие данных о том, что это лицо причастно к совершенному преступлению (застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.).

Обратить внимание судов на то, что проверка обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению не может сводиться к формальной ссылке суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению. При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу судья обязан проверить, содержит ли ходатайство и приобщенные к нему материалы конкретные сведения, указывающие на причастность к совершенному преступлению именно этого лица, и дать этим сведениям оценку в своем решении.

Оставление судьей без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению должно расцениваться в качестве существенного нарушения уголовно-процессуального закона (части 4 статьи 7 УПК РФ), влекущего отмену постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.»

Проверяя обоснованность подозрения в причастности лица к совершенному преступлению, суд не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности лица.

Таким образом, Пленум ВС РФ ориентирует суды на обязательное рассмотрение вопроса о наличии в уголовном деле материалов, подтверждающих обоснованность подозрений в отношении лица, о заключении которого под стражу ходатайствует следователь. В противном случае, постановление судьи подлежит отмене.

Проблема разграничения оценки деяния и проверки обоснованности подозрения

Выполняя эти указания Пленума ВС РФ, суды вынуждены проверять представленные следователем материалы уголовного дела и по результатам такой проверки делать вывод о наличии или отсутствии таковых материалов, подтверждающих обоснованность подозрений о причастности данного конкретного лица к совершению расследуемого преступления.

На практике, зачастую, возникает неопределенность в толковании этих разъяснений высшей судебной инстанции. Стороны и даже судьи выходят за рамки правового содержания (значения) термина «обоснованность подозрения» и вторгаются в сферу компетенции суда первой инстанции, который будет рассматривать данное уголовное дело по существу. В этом случае, нарушение процессуального закона допускается судьёй, на рассмотрении которого находится ходатайство следователя об избрании меры пресечения по конкретному уголовному делу в отношении конкретного лица.

Так Президиум Нижегородского областного суд, инстанции расценил мнение судьи по поводу обоснованности обвинения при решении вопроса о мере пресечения, как мнение по предмету рассмотрения уголовного дела по существу. Президиум указал, что судья, ранее высказавший в ходе производства по уголовному делу свое мнение по предмету рассмотрения, не должен принимать участие в дальнейшем производстве по делу, чтобы не ставить под сомнение законность и обоснованность решения, которое будет принято по этому делу в конечном счете.

Приговором Кстовского городского суда Нижегородской области от 28.10.2016, постановленным под председательством судьи К.Д.С., В.Е.В. осуждена по ч.1 ст.105 УК РФ.

Из материалов уголовного дела следует, что ранее, постановлением судьи Кстовского городского суда Нижегородской области К.Д.С. от 27 мая 2016 года срок содержания В.Е.В. под стражей продлен на 1 месяц, а всего до 3 месяцев 00 суток, то есть по 2 июля 2016 года включительно.

Согласно описательно-мотивировочной части постановления от 27.05.2016а, основанием для продления срока содержания В.Е.В. под стражей явилось, в частности, то, что она «в настоящее время обоснованно обвиняется в совершении особо тяжкого преступления».

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной, в частности, в постановлениях от 2 июля 1998 года № 20-П и от 23 марта 1999 года № 5-П, определении от 1 ноября 2007 года № 799-О-О, сделанные судьей в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела выводы относительно наличия или отсутствия события преступления, виновности лица в его совершении, достоверности и достаточности собранных доказательств, по иным вопросам, которые могут стать предметом дальнейшего судебного разбирательства, могли бы определенным образом связывать судью при принятии по этим вопросам соответствующих итоговых решений, поэтому судья, ранее высказавший в ходе производства по уголовному делу свое мнение по предмету рассмотрения, не должен принимать участие в дальнейшем производстве по делу, чтобы не ставить под сомнение законность и обоснованность решения, которое будет принято по этому делу в конечном счете.

Учитывая, что при решении вопроса о продлении меры пресечения в отношении В.Е.В. судья К.Д.С. высказал суждение по вопросу обоснованности предъявленного подсудимой обвинения в совершении инкриминированного ей преступления, подлежавшему разрешению лишь в ходе рассмотрения уголовного дела по существу, этот судья должен был устраниться от дальнейшего участия в производстве по уголовному делу, однако 28 октября 2016 года уголовное дело по существу предъявленного В.Е.В. обвинения было рассмотрено тем же судьей с вынесением приговора.

Президиум, отменяя состоявшиеся судебные решения, констатировал, что указанные обстоятельства ставят под сомнение независимость и беспристрастность судьи, постановившего обвинительный приговор в отношении Вилковой Е.В., а, следовательно, и справедливость судебного разбирательства. (кассационное постановление от 21.02.18 по делу № 44-у-18/2018).

Как мы видим, приведенная судом кассационной инстанции формулировка вывода судьи о том, что «она (обвиняемая) в настоящее время обоснованно обвиняется в совершении особо тяжкого преступления», исходя из его буквального смысла, не нарушает требование Пленума ВС РФ в названном выше Постановлении ПВС РФ № 41 от 19.12.13. А если бы это было не так, то, суду кассационной инстанции надлежало мотивировать своё утверждение, что цитируемая фраза из постановления судьи позволяет сделать вывод о необъективности судьи по данному уголовному делу, что в последующем может повлечь предвзятость судьи, если им будет рассматриваться это уголовное дело по существу в судебном разбирательстве.

В подтверждение неоднозначности такого решения суда кассационной инстанции мы сошлёмся на правовую позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в Постановлении от 02.07.98 г, № 20-П Кс РФ указал, что принятие судьёй на досудебной стадии производства тех или иных решений, в том числе, по вопросу о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу, само по себе не является свидетельством возникновения у него предвзятого подхода к рассмотрению в дальнейшем как уголовного дела в целом, так и иных возникающих в ходе производства по уголовному делу вопросов, поскольку основу принимаемых в результате такого рассмотрения решений составляют иные фактические обстоятельства.

Вместе с тем, в Определении от 15.11.07 г, № 804-О-О, КС РФ разъяснил, что это не исключает возможность заявления сторонами отвода судье и устранении этого судьи от участия в деле, если принимавшиеся им решения позволяют сделать вывод о его необъективности и предвзятости. Такая возможность вытекает из положения ч.2, ст.61 УПК, в силу которой судья не может участвовать в производстве по уголовному делу, если имеются обстоятельства, дающие основания полагать, что он лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе данного уголовного дела.

Резюмируя вышесказанное, мы приходим к выводу, что если исходить из позиции Президиума Нижегородского областного суда, то, отмене подлежал не только и не столько, приговор, но, также и решение того же судьи по страже, если в нарушение разъяснений Пленума ВС РФ, при рассмотрении вопроса о применении меры пресечения на стадии предварительного расследования судья высказал суждения, которые впоследствии стали предметом рассмотрения в судебном разбирательстве по существу того же уголовного дела. Как мы видим, суд апелляционной инстанции на эти нарушения закона не отреагировал.

Рекомендации защите

Таким образом, имеются все основания рекомендовать адвокатам, участвующим в качестве защитников и представителей потерпевших по уголовным делам, более внимательно относиться не только к формулировкам судебных актов, но, и к своим доводам в ходатайствах и жалобах, с которыми адвокаты обращаются к следователю или к суду с просьбой принять то или иное процессуальное решение. Особенно, если эти доводы направлены на оспаривание наличия или отсутствия в материалах уголовного дела, представленных следователем в суд с ходатайством об избрании меры пресечения в виде содержания обвиняемого под стражей, подтверждения обоснованности обвинения, предъявленного конкретному лицу.

Выводы по поводу обоснованности обвинения во многом зависят от того, какие замечания внесены обвиняемым и его адвокатом защитником в постановление о привлечении в качестве обвиняемого, а также, какие показания даны обвиняемым в протоколе его допроса. К этому вопросу мы вернёмся в следующих публикациях.

logo
×
Только для зарегистрированных пользователей

Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
Я тут впервые
И получить доступ на сайт Займет минуту!
Зарегистрироваться
Пожалуйста, войдите на сайт

Входите! Открыто!
Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
Я тут впервые
И получить доступ на сайт!
Зарегистрироваться
×
Пожалуйста, зарегистрируйтесь на сайте и скачайте файл!

Вы сможете скачать любые документы и получите бесплатный доступ ко всем материалам на сайте.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
Я тут впервые
и скачать файл
Зарегистрироваться
×
Сайт использует файлы cookie. Они позволяют узнавать вас и получать информацию о вашем пользовательском опыте. Это нужно, чтобы улучшать сайт. Посещая страницы сайта и предоставляя свои данные, вы позволяете нам предоставлять их сторонним партнерам. Если согласны, продолжайте пользоваться сайтом. Если нет – установите специальные настройки в браузере или обратитесь в техподдержку.