Какие ошибки совершают адвокаты при осуществлении защиты по делам о незаконном обороте наркотиков

3243
Какие ошибки совершают адвокаты при осуществлении защиты по делам о незаконном обороте наркотиков

«Я всегда подвергаю сомнению результаты экспертизы по делам о наркотиках»

Какие ошибки совершают адвокаты при осуществлении защиты по делам о незаконном обороте наркотиков?
 

Всегда ли заключение эксперта по этой категории дел безупречно с точки зрения уголовно-процессуального закона?

На эти и другие вопросы главного редактора журнала «Уголовный процесс» отвечает адвокат Московской коллегии адвокатов «На Малой Дмитровке» Евгений Арсентьевич ЧЕРНОУСОВ.

О нарушениях при проведении ОРМ
 

— Евгений Арсентьевич, ваша практическая деятельность и научный интерес на протяжении многих лет связаны с доказыванием по делам о незаконном обороте наркотиков. Какие проблемы в этой сфере к настоящему моменту уже решены, а какие по-прежнему остаются острыми?

— Основная проблема, которая уже давно и успешно решена, касается перечня наркотических и психотропных средств, обнаружение которых у человека чревато уголовным наказанием. Напомню, камнем преткновения был тот факт, что изначально этот перечень определял Постоянный комитет по контролю наркотиков. Однако ПККН, хотя и является независимым межведомственным органом, зарегистрированным в ООН, как «компетентный национальный орган», по сути, является общественной организацией. Ситуация, когда государство осуществляет уголовное преследование, полагаясь на нормы и выводы, выработанные негосударственным органом, — нонсенс, противоречащий нормам Конституции РФ. Но с принятием Постановления Правительства РФ от30.06.1998 №681 и последующими его редакциями этот законодательный пробел был постепенно восполнен.

Нерешенные проблемы обусловлены спецификой дел о преступлениях в сфере оборота наркотиков.

Во-первых, в абсолютном большинстве случаев уголовные дела по статьям 228 и 228.1 УКРФ возбуждаются по результатам оперативно-разыскных мероприятий. Правовая неопределенность правил их проведения и общий правовой нигилизм в правоохранительной среде создают почву для многочисленных нарушений со стороны сотрудников правоохранительных органов.

Во-вторых, для наступления ответственности по статьям о незаконном обороте наркотиков у лица должны быть обнаружены именно запрещенные к обороту вещества, то есть в обязательном порядке назначается экспертиза найденного вещества. Между тем на практике результаты проведенных экспертиз зачастую не удовлетворяют требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к доказательствам.

Наконец, в-третьих, при расследовании дел о торговле наркотиками необходимо устанавливать связь (которая далеко не всегда очевидна) между самим лицом, привлекаемым к ответственности, и фактом нахождения у него наркотика. Грубо говоря, если при задержании таксиста на полу машины обнаружен пакетик с белым порошком, это вовсе не означает, что он принадлежит водителю или именно тому пассажиру, которого он подвозит в момент задержания. Наркотик мог оставить любой из пассажиров такси.

— Давайте остановимся подробнее на каждой из перечисленных проблем. В чем заключаются наиболее распространенные нарушения при проведении оперативных мероприятий по делам о торговле наркотиками?

— К типичным нарушениям можно отнести незаконное проникновение и проведение ОРМ в жилище подозреваемого. Иногда оперативные сотрудники, намереваясь провести закупку наркотиков в квартире или в доме у продавца, «забывают», что необходимо получить соответствующее решение суда. Если то же мероприятие проводится в общественном месте, на улице, санкция суда не требуется, но если внутри жилища — она нужна обязательно.

На незаконность этой практики мне удалось обратить внимание при защите ветеринарного врача Ольги Танаевой. Она согласилась передать несколько ампул кетамина своей знакомой, которой данный препарат требовался для операции собаки. Но ампулы вместо знакомой оказались у оперативников, и ветеринара обвинили в незаконном хранении и сбыте наркотиков. Несмотря на тяжесть обвинения, ветеринара приговорили только к трем годам лишения свободы условно. При этом, по моим наблюдениям, суды прекрасно понимали доводы о незаконности задержания ее в жилище без санкции суда, но в силу имеющейся корпоративной солидарности с представителями правоохранительной системы оправдательный приговор не вынесли.

Впрочем, сейчас подобных нарушений со стороны правоохранителей становится меньше, Гораздо чаще имеют место провокационные действия со стороны оперативных сотрудников.

— Вы имеете в виду случаи, когда оперативники подбрасывают наркотики?

— Не только. Сюда входит и фактическое склонение, и подстрекательство к продаже наркотиков со стороны силовиков, что, кстати, прямо запрещено Законом «Об оперативно-розыскной деятельности» и многими решениями Европейского Суда по правам человека.

Доказать именно факт подброса наркотиков, конечно, будет сложно. Но что касается провокационных действий со стороны оперативников, то по смыслу решений Европейского Суда и Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» на это могут указывать конкретные признаки. Например, у правоохранительных органов нет достаточных причин подозревать гражданина в причастности к торговле наркотиками в прошлом, нет информации о его криминальных связях, нет сведений, позволяющих предположить, что он имеет склонность к торговле наркотиками. Если в отсутствие всех этих данных лицо задерживается при продаже наркотиков в ходе ОРМ и очевидно, что инициаторами «сделки» выступали оперативники, действия последних будут считаться провокацией.

— Скажите, много ли вы знаете фактов привлечения сотрудников милиции или ФСКН к уголовной ответственности за фальсификацию доказательств по делам о незаконном обороте наркотиков?

— Из своей практики могу привести пример 2003 года, когда удалось добиться прекращения уголовного дела в отношении предпринимателя Дениса Дикарева. Тогда в дело вмешалась Генпрокуратура, факт подброса наркотиков был установлен, доказательства признаны сфабрикованными, но за прекращением дела не последовало никаких санкций в отношении самих оперативников госнаркоконтроля. Наверное, единственно справедливым моментом можно назвать осуждение одного из офицеров ФСКН, который предложил за взятку закрыть уголовное дело в отношении моего подзащитного еще до того, как его прекратила Генпрокуратура.

Но если рассуждать в общем, то случаи наказания оперативных сотрудников за злоупотребления, допущенные при получении доказательств, — скорее редкость. Ни суды, ни прокуратура не хотят привлекать к ответственности коллег «смежного цеха».

Об ошибках защиты и обжаловании результатов экспертизы

—- Значит, остается надеяться на профессионализм и порядочность адвоката. А вы могли бы поделиться опытом доказывания фактов подброса наркотиков?

— В моей практике есть пример такого адвокатского расследования. Этой истории уже более 10 лет, и я не раз рассказывал о ней в СМИ, но, думаю, она по-прежнему актуальна. В 2000 году моего подзащитного — бизнесмена Валентина Захарова — задержали по прибытии в аэропорт Объединенных Арабских Эмиратов сотрудники местной службы по борьбе с незаконным оборотом наркотиков. Он просидел более 10 месяцев в изоляторе, но шариатский суд эмирата Дубай в итоге оправдал его.

Благодаря возможности делать звонки из места содержания, он смог общаться со мной и сообщил, что 4,9 граммов героина, которые нашли у него в багаже, подкинул его компаньон по бизнесу. Компаньон провожал их с сыном в аэропорт и купил две одинаковые сумки. Вместе с коллегой из ОАЭ мы смогли узнать, когда и с какого номера телефона был сделан звонок местным властям с информацией о том, что Захаров якобы везет наркотик в их страну. Узнав номер с помощью опроса свидетелей, мы установили приметы звонившего, которые совпадали с описанием компаньона. В отношении этого партнера было возбуждено уголовное дело.

Все эти данные, а также сведения о том, что бизнесмен никогда не был замешан в торговле наркотиками, я передал адвокатам из ОАЭ, поскольку только они имеют право представлять защиту в судах этой арабской страны. Местный защитник также обратил внимание суда на то, что нарушение закона допустили и сами оперативники. Задержав россиянина, они вмешались в юрисдикцию таможенной службы, что является процессуальным нарушением. Суд очень внимательно изучил наши доводы и признал бизнесмена невиновным.

— Какие ошибки, на ваш взгляд, чаще всего допускает сторона защиты при ведении дел по ст. 228 и 228.1 УКРФ?

— В большинстве случаев ошибки и некачественная защита обусловлены незнанием специфики этих дел. На мой взгляд, в адвокатской работе должна быть специализация, как и в любой юридической.

Типичная ошибка адвоката подозреваемого, обвиняемого по делу о торговле наркотиками — игнорирование возможностей для защиты и отсутствие активных действий на стадии следствия. Нередко адвокаты полагаются на то, что смогут добиться «правды» для подзащитного в суде, не заявляя ходатайств, не обжалуя действий сотрудников правоохранительных органов на стадии предварительного расследования.

Другая распространенная ошибка состоит в том, что защита недооценивает возможности работы со СМИ. Адвокату просто необходимо через журналистов привлекать внимание общественности к фактам незаконных действий обвинения, информировать общественность о ходе расследования дела в рамках, разрешенных законом, подзащитным и адвокатской этикой.

Считается, что обсуждение материалов дела в прессе создает давление на суд. На это я могу возразить, что в нынешней ситуации, когда процент оправдательных приговоров ничтожно мал, можно говорить скорее об обратном давлении на суд и кооперации суда со стороной обвинения.

Наконец, третья ошибка — неоправданное доверие к результатам экспертизы и преувеличение доказательственного значения заключения эксперта. Юристы, мало знакомые со спецификой дел о наркотиках, иногда считают экспертизу «царицей доказательств». Но в своей практике я всегда подвергал и подвергаю сомнению результаты экспертного заключения, тем более что во многих случаях для этого есть сразу несколько оснований.

— Каковы «уязвимые места» экспертного заключения?

— Прежде всего, отсутствие данных о применении конкретных методик исследования. Такое указание в соответствии с требованиями УПК РФ (ст. 205 — Прим. ред.) должно обязательно содержаться в заключении эксперта.

По закону применяемые экспертами методики едины на всей территории России. Однако на практике можно встретить заключения без указания методики либо с указанием разных методик для одного и того же наркотика. Эксперты оправдываются тем, что для некоторых веществ общеустановленных методик исследования нет. Между тем отсутствие методик уже само по себе ставит под сомнение вывод эксперта, и на это обстоятельство следует обязательно обратить внимание следствия и суда.

Другое слабое место экспертизы наркотических веществ — оборудование. Оно стоит очень дорого, и в стране его мало. Наиболее адекватными средствами исследования, на мой взгляд, обладает Экспертно-криминалистический центр МВД России. Однако число выполняемых экспертиз наркотических веществ ежегодно увеличивается, и для их проведения одного учреждения явно недостаточно.

В регионах следователи обращаются за экспертным заключением куда только могут, вплоть до наркодиспансеров, оснащенность которых оставляет желать лучшего. Отсутствие необходимого оборудования, безусловно, ставит под сомнение результаты экспертизы. Определить, где именно эксперт допустил необоснованное предположение, вызванное нехваткой необходимых средств и оборудования для проведения исследования, можно, например, при допросе эксперта в суде.

Далее, сама по себе экспертиза предусматривает сравнение исследуемого вещества, изъятого в рамках уголовного дела, с его образцом. Но я не понаслышке знаю, что с наличием образцов в экспертных учреждениях серьезные проблемы. Кроме того, появляются новые наркотики, образцов которых еще нет.

Когда я работал в Главном управлении МВД по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, мы с коллегами изъяли неизвестный тогда наркотик — триметилфентанил. Мы были абсолютно уверены в том, что изъятое вещество является наркотическим и что им торговали, — на это указывали результаты ОРМ. Однако наши эксперты не смогли определить это вещество, из-за чего возник серьезный пробел в доказательной базе. Если бы МВД специально не договорилось с полицией США о транспортировке образца этого вещества, дело могло бы развалиться.

О редких преступлениях и распространенных обвинениях

— Из восьми статей, предусматривающих ответственность за преступления в сфере оборота наркотиков, «рабочими» на данный момент можно назвать всего две — 228 и 228.1. Ими охватываются незаконное изготовление, приобретение, хранение, перевозка, сбыт. А вот, скажем, по фактам нарушения правил оборота наркотических средств (статья 228.2) уголовных дел практически не встречается. Эти преступления действительно совершаются редко или их сложно раскрыть и доказать?

— Думаю, что незначительное число возбужденных дел по этой статье — результат влияния обоих факторов. Но основной причиной все же является отсутствие самих преступлений ввиду добросовестного исполнения обязанностей людьми, ответственными за работу с наркотиками и психотропными веществами, — фармацевтами, медработниками.

Напомню, что уголовная ответственность по статье 228.2 наступает лишь за такое нарушение правил обращения с наркотическими веществами, которое повлекло их утрату. Поскольку такие «утраты» — явление редкое, исключительное, его достаточно сложно доказать.

В фармацевтике и медицине уже многие десятилетия действуют правила учета наркотических средств, которые сотрудники системы здравоохранения соблюдают очень ответственно.

В редких случаях, когда выявляются факты нарушения правил перевозки, пересылки, приобретения, использования наркотических средств, правоохранительные органы переквалифицируют деяние с нарушения правил оборота наркотических веществ (статья 228.2 УКРФ) на незаконное предпринимательство (статья 171). То есть, по сути, они расценивают такие нарушения как осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения. Судебные перспективы таких дел, конечно, весьма туманны.

— Скажите, а как часто сбытчику наркотиков вменяют отмывание преступных доходов и всегда ли оправданы такие обвинения?

— Отмывание вменяют довольно часто, но в подавляющем большинстве случаев необоснованно. Обвинение, а иногда и суды, считают отмыванием любую мелкую покупку, оплаченную виновным на деньги, якобы полученные отсбыта наркотиков.

Впрочем, есть надежда, что вскоре практика изменится.

Во-первых, суды уже стали более скрупулезно оценивать каждый случай вменения легализации, особенно когда незаконно полученные денежные средства использовались виновным для совершения бытовых сделок.

Так, Верховный Суд, пересматривая в порядке надзора уголовное дело в отношении осужденной за сбыт марихуаны, исключил из обвинения статью о легализации. Органы следствия и суды трех инстанций сочли, что уплата долга из средств, вырученных отпродажи наркотиков, можно признать отмыванием преступных доходов. Однако Верховный Суд указал, что осужденная не имела цели придания правомерности владению деньгами, полученными в результате совершения преступления, а потому в ее действиях отсутствует состав легализации.

Во-вторых, в скором времени на пути необоснованного вменения легализации появится законодательный барьер. В конце февраля Президент России дал поручение законодателям сделать формулировки статей 174 и 174.1 УКРФ более четкими, дабы правоохранительные органы изобличали в отмывании не мелких воров, а тех, кто реально контролирует финансовые потоки отнезаконно полученных доходов, и тех, кто пытается их спрятать и обелить.

БИОГРАФИЯ

Евгений Арсентьевич Черноусов

Родился в 1949 г. в г. Балашове Саратовской области. Окончил Высшую следственную школу МВД СССР, Академию управления МВД СССР и специальные курсы Департамента США по борьбе с наркотрафиком (DEA).

В 1976–1995 гг. работал в следственных и оперативных подразделениях МВД России, в том числе в Главном управлении по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.

С 1995 г. — адвокат Адвокатской палаты г. Москвы.

Успешно провел защиту по уголовным делам, связанным с обвинениями в нарушении правил оборота наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ ветеринаров, врачей, а также руководителей коммерческих фирм, занимающихся перевозкой, хранением и реализацией лекарственных средств. Консультирует ряд российских и зарубежных фармацевтических компаний, а также фирмы, специализирующиеся на поставках и продаже лекарственных средств и ветеринарных препаратов.

Кандидат юридических наук, полковник милиции в отставке.

Во многих случаях для обжалования экспертного заключения по делам о незаконном обороте наркотиков есть сразу несколько оснований

Анонсы будущих номеров

    Стать подписчиком


    Ваша персональная подборка

      Подписка на статьи

      Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

      Академия юриста компании


      Самое выгодное предложение

      Смотрите полезные юридические видеолекции

      Смотреть видеолекции

      Cтать постоян­ным читателем журнала!

      Самое выгодное предложение

      Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

      Живое общение с редакцией


      Рассылка




      © Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2017

      Журнал «Уголовный процесс» –
      практика успешной защиты и обвинения

      Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».

      
      • Мы в соцсетях

      Входите! Открыто!
      Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

      У меня есть пароль
      напомнить
      Пароль отправлен на почту
      Ввести
      Я тут впервые
      И получить доступ на сайт Займет минуту!
      Введите эл. почту или логин
      Неверный логин или пароль
      Неверный пароль
      Введите пароль
      ×
      Только для зарегистрированных пользователей

      Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

      У меня есть пароль
      напомнить
      Пароль отправлен на почту
      Ввести
      Я тут впервые
      И получить доступ на сайт Займет минуту!
      Введите эл. почту или логин
      Неверный логин или пароль
      Неверный пароль
      Введите пароль
      ×

      Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

      В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.