Превышение пределов необходимой обороны вместо убийства

2564
В ходе конфликта между взрослыми мужчинами нескольким из них причинен вред здоровью разной степени тяжести, но один из них скончался от огнестрельного ранения. Изначальная версия обвинения в убийстве усилиями защиты «трансформировалась» в причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны.
Превышение пределов необходимой обороны вместо убийства    

Ислам Рамазанович Рамазанов
к. ю. н., главный редактор журнала «Уголовный процесс»

 

Уголовное дело, о котором пойдет речь ниже, было возбуждено по резонансному событию, имевшему место в 2012 году. Выяснение отношений членов двух известных байкерских клубов привело к трагедии: еще недавние «братья» потеряли одного из своих друзей. Несмотря на открытость общей информации по данному делу, которое было разрешено судебными инстанциями только летом текущего года, в статье не будут приводиться названия клубов, а имена фигурантов будут изменены. Во-первых, участники событий не давали согласия своим адвокатам на озвучивание их имен, во-вторых, возможно, стороны конфликта так и не пришли к единому мнению о произошедшем и кто-то из них остался недоволен судебными решениями.

Так или иначе, нас интересует только юридическая сторона дела, а точнее, позиции обвинения, защиты и выводы суда, на которых основан приговор. Ведь каждый случай, касающийся вопроса оценки доводов о превышении (или нет) пределов необходимой обороны в момент совершения преступления, думается, заслуживает внимания.

Событие и его трактовки

Материалы дела, публикации в СМИ и комментарии участников событий в сети Интернет1позволяют установить несколько фактов произошедшего события. Вечером 19 октября 2012 года к месту, где члены байкерского клуба «Б» проводили свой праздник — закрытие мотосезона — на 17 автомобилях подъехали около 30–35 членов другого, более многочисленного и известного клуба «А». Надо сказать, что клуб «Б» был дружественным по отношению к клубу «А», и его члены носили на своих куртках нашивки клуба «А». Однако постепенно мнение членов клубов по поводу их дальнейшего развития стали расходиться, и клуб «Б» решил отмечать праздник отдельно.

По версии подъехавших, они прибыли к друзьям с одной только целью — пригласить праздновать закрытие мотоциклетного сезона вместе. Впрочем, вразумительно объяснить, почему это нужно было делать ночью да еще и в таком массовом порядке, никто из участников событий из клуба «А» не смог. Напротив, эта версия обвинения только убеждала в правоте защиты, которая настаивала на том, что приехавшие имели целью побить, проучить своих бывших товарищей и вообще разогнать клуб «Б». Дело в том, что адвокаты защиты смогли представить в суд сведения о телефонных звонках между руководителями клубов и смс-собщениях, из которых явно следовало, что клуб «Б» задолго до даты событий отказался от участия в празднике клуба «А».

Как усматривается из судебных решений, далее показания свидетелей — членов клуба «А» также выглядели довольно несвязно. Почти все они сводились к тому, что кто-то из них, несмотря на «добрые» намерения, услышал какие-то хлопки, ругань, стуки, крики и т. п. Так, например, один из свидетелей обвинения вовсе заявил, что только поприветствовал членов клуба «Б», но тут же услышал ругань в свой адрес и получил порцию слезоточивого газа в лицо.

Затем несколько свидетелей видели, как Владимир Петров, Василий Печорин и еще несколько их соратников из клуба «А» хотели «отодвинуть» дверь гаража, в котором забаррикадировались члены клуба «Б». После того как они туда вошли, послышался громкий хлопок, потом еще несколько. Визитеры выбежали из гаража, кто-то даже с кровавой раной на голове, а Петров лег на землю. Выяснилось, что Василий Петров тяжело ранен и его отвезли в больницу. Однако от полученного ранения он скончался.

Показания членов клуба «Б» существенно отличались от показаний свидетелей обвинения. Все они говорили примерно одно и то же, что приехавшие намеревались их избить с самого начала, или, как говориться на жаргоне байкеров, «расшить» (снять нашивки-эмблемы с одежды, указывающие на принадлежность к байкерскому клубу). В руках многих из них были разные предметы — от палок и дубинок до топоров и травматического оружия. Они стали крушить их место праздника (несколько боксов гаражей) и порезали шины их мотоциклов. Предводителями нападавших были Владимир Петров и Василий Печорин.

Большинство членов клуба «Б» были вынуждены спрятаться и закрыться в одном из гаражей, но три члена клуба не успели и были сильно избиты.

Когда закрылись в гараже, Николай Старостин стал собирать свое охотничье ружье, которое он принес незадолго до праздника в гараж. Как позже он объяснил, он сделал это, чтобы один из коллег смог снять с оружия мерки для изготовления сейфа. Собрав ружье и зарядив его, Старостин стал кричать через дверь нападавшим, чтоб они перестали избивать членов клуба «Б», отпустили их и уехали. Но это еще больше разозлило нападавших и Петров с топором в руках пытался выломать дверь. Взлом не удался. Старостин в щель двери увидел, что одного из их товарищей, избитого в кровь и с изрезанной одеждой кинули в сторону гаража, в котором скрывались другие члены клуба «Б». Он через щель в двери несколько раз стрелял в разные стороны, но не в нападавших, а с целью их отпугнуть. Через какое-то время нападавшие все-таки выломали дверь в бокс, в котором находился Старостин и его друзья. Петров с топором в руках вместе со своими соратниками, прикрываясь дверью, как щитом, бросился на Старостина. Тот в свою очередь выстрелил в дверь ниже пояса. От выстрела Петров упал, Старостин перезарядил ружье, но больше стрелять не стал, а лишь просил убраться всех визитеров с их территории. Члены клуба «А» положили Петрова на лестницу-стремянку и унесли, прихватив с собой в качестве заложника одного из избитых членов клуба «Б», но, отъехав от гаражей на километр, отпустили его.

Позже раненный скончался от кровопотери и внутреннего кровотечения. Примечательно, что полицию вызвали именно члены клуба «Б». В частности, один из них успел дозвониться до своей супруги и рассказать о том, что на них нападают. Полиция приехала почти сразу. Николай Старостин сам рассказал о том, что выстрелил в человека, и сдал оружие. Полицейские задержали его, и, как оказалось, он лишился свободы почти на 1,5 года.

Позиция и доказательства обвинения

Изначально Старостину было предъявлено обвинение по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство, совершенное из хулиганских побуждений). В процессе расследования квалификация действий обвиняемого была изменена: не установив умысла на лишение жизни Петрова, следствие, тем не менее, расценило действия Старостина как причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ), а также совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 115 УК РФ (причинение легкого вреда здоровью). Последнее обвинение было связано с тем, что выстрел из ружья в дверь, которой прикрывался Петров, оказался двойным и ранил еще одного нападавшего — Максима Ярилова. Позже экспертиза установила, что Ярилову был причинен легкий вред здоровью.

По сути дела, основными доказательствами обвинения были исключительно показания членов клуба «А», которые настаивали на том, что не приезжали к клубу «Б» со злыми намерениями, а сами подверглись нападению. Остальные доказательства лишь подтверждали сам факт конфликта: судебно-медицинские экспертизы, баллистическая экспертиза и др.

Позиция и доказательтва защиты

Прежде чем описать, какие доказательства собрала защита, хочется отметить, что многие из них были добыты самим следствием. Недоумение вызывает лишь то, почему следствие никак не хотело видеть явное — что обвиняемый действовал в условиях обороны.

Вопросы без ответов. Начиная защитительную речь, адвокат Денис Ковалев поставил несколько вопросов перед оппонентами: зачем приезжать «в гости» в составе более 30 человек в ночное время суток в гаражно-строительный кооператив на окраине города, если для приглашения на мероприятие по закрытию мотосезона можно позвонить по телефону; зачем вообще приезжать «в гости» приглашать на закрытие мотосезона членов мотоклуба «Б», если они уже отказались от участия в мероприятии; кто избил членов мотоклуба «Б» и похитил их вещи; какие основания оговаривать членов мотоклуба «А» у членов клуба «Б»; почему скрылись с места происшествия и не вызвали полицию члены клуба «А»; было ли оружие у приехавших в гаражно-строительный кооператив мотоклуба «А»; какова роль потерпевшего в событиях?

Далее защита просто методично стала отвечать на поставленные вопросы, представляя доказательства.

Избиение и грабеж членов клуба «Б». В подтверждение показаний свидетелей и позиции защиты о том, что они подверглись нападению, были представлены заключения трех судебно-медицинских экспертиз (в отношении трех участников клуба «Б»), которые зафиксировали многочисленные ссадины и ушибы различных частей тела пострадавших. Адвокат также отметил, что в протоколе осмотра места происшествия при осмотре трупа Петрова на его одежде были обнаружены оторванные нашивки с надписью клуба «Б», что прямо подтверждало факт совершения противоправных действий Петровым в отношении членов клуба «Б».

Кроме того, адвокат представил постановление о возбуждении уголовного дела по заявлению избитых участников клуба «Б» по ч. 2 . ст. 161 УК РФ. Несмотря на то, что дело было возбуждено по факту грабежа, установленные в ходе доследственной проверки факты лишний раз подтверждали правдивость версии о нападении клуба «А» на клуб «Б». Наконец, из протоколов осмотра предметов — порезанной одежды трех пострадавших членов клуба «Б» — также следовало, что они подверглись нападению.

Применение оружия нападавшими. Охранник гаражей, где клуб «Б» проводил свой праздник, сообщил, что члены клуба «А» подъехали на территорию гаражей на 17 мотоциклах, но не видел какие-либо предметы в их руках. Слышал он и выстрелы, но значение им не придал. Показания охранника дополняли записи камер видеонаблюдения, которые были установлены в гаражном кооперативе. На видеозаписях несколько раз были зафиксированы опознанные члены клуба «А», державшие в руках предметы, похожие на топоры, а также предметы, напоминавшие поясные ножны для ножей. Камера также зафиксировала моменты передвижения раненного и спешный выезд всех приехавших с места происшествия.

Но это было далеко не единственное доказательство. Например, из заключения судебной баллистической экспертизы следовало, что на месте происшествия были найдены гильзы и фрагменты пуль стандартного травматического патрона с резиновой пулей калибра 9 мм. Это подтверждали показания членов клуба «Б» о том, что в них стреляли из оружия.

Были в деле и данные из полиции о зафиксированных звонках члена клуба «Б» и супруги его одноклубника, которые сообщали о нападении на них с топорами.

«Расшивка» конкурентов. Защите также удалось представить свидетелей, которые сообщили, что один из членов клуба «А» в подробностях рассказал, что они готовили «расшивку» клуба «Б» уже давно, и привел конкретные фамилии людей. Кроме того, защита настояла на допросе в суде специалиста-культуролога, который растолковал термин «расшивание» как «позорную процедуру снятия нашивок с одежды членов мотоклуба». Он также сообщил, что ему известны случаи, когда клуб «А» уже «расшивал» небольшие клубы, и уточнил, как это выглядит.

Отсутствие умысла. Адвокат не оставил без внимания и один из основных вопросов — наличие умысла на совершение преступления из хулиганских побуждений. В суде он поставил вопрос: «если у Старостина был умысел на причинение вреда здоровью именно из хулиганских побуждений, почему он не убил, тяжело не ранил кого-либо еще, что его остановило, когда выносили раненого с места происшествия?».

Косвенно это же подтверждали и данные экспертизы на полиграфе (судебной психофизиологической экспертизы), которой подверглись два свидетеля защиты и сам Старостин.

Защита наставала на том, что Старостин не может быть признан виновным в инкриминируемых преступлениях, так как своими действиями он остановил нападение представителей мотоклуба «А» на членов мотоклуба «Б». По мнению защиты, при таких обстоятельствах предпринятое им не являлось преступлением, поскольку он действовал в пределах необходимой обороны, руководствовался ст. 37 УК РФ, и он должен быть оправдан.

Позиция судов

Приговор по делу состоялся 28.03.2014, и хотя он был обвинительным, Старостин покинул зал суда освобожденным. Победа заключалась в том, что суд полностью согласился с мнением защиты о действиях Старостина в обстоятельствах необходимой обороны. Суд оправдал его по обвинению в совершении преступления по п. «а» ч. 2 ст. 115 УК РФ, указав, что уголовной ответственности за причинение легкого вреда здоровью, причиненного при превышении пределов необходимой обороны, УК РФ не предусмотрено.

Обвинение по ч. 4 ст. 111 УК РФ суд счел неверным, переквалифицировал его на ч. 1 ст. 114 УК РФ (причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны). Суд не принял во внимание довод защиты о том, что действия нападавших действительно угрожали жизни и здоровью его и товарищей. Обосновывая свое решение, суд указал, что «с учетом размеров двери (которой, как щитом, прикрывался Петров — Примеч. „УП“), держа ее и топор одновременно в руках, угрожать таким образом насилием, опасным для жизни, невозможно».

Несмотря на установление прямой причинно-следственной связи между выстрелом и смертью потерпевшего, суд применил ссылку стороны защиты на п. 11 постановления Пленума ВС РФ от 27.09.2012 № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление». В нем разъяснено, что уголовная ответственность за причинение вреда наступает для оборонявшегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть, когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства, указанного в ч. 2 ст. 37 УК РФ, такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, повлекшее по неосторожности смерть посягавшего лица, надлежит квалифицировать только по ч. 1 ст. 114 УК РФ.

Апелляционная инстанция Московского городского суда в июле текущего года подтвердила законность и справедливость приговора.

1 См. напр.: http://eugenyshultz.livejournal.com/368024.html (дата обращения: 06.10.2104); http://strannikileta.org/content/stolichnye-baikery-obsudili-obstoyatelstva-konflikta-mezhddu-klubami-nv-i-tri-dorogi (дата обращения: 06.10.2104).
 

«Практика складывается не в пользу людей, защищающих с помощью оружия свою жизнь»

Превышение пределов необходимой обороны вместо убийства
Денис Геннадьевич Ковалев,адвокат Московской областной коллегии адвокатов «Химки», защитник по делу

— Что было самым трудным в деле?

— Очевидно, что правоприменительная практика в России складывается не в пользу людей, защищающих с помощью оружия свою жизнь, здоровье, имущество от преступного посягательства. Несмотря на детальную регламентацию норм о необходимой обороне в УК РФ, разъяснение Верховного Суда РФ относительно применения ст. 37 УК РФ, наши правоохранительные органы и суды практически не применяют данные нормы, хотя, казалось бы, в рассматриваемом деле все было очевидно с самого начала. На мой взгляд, правоприменители, в нарушение требований ст. 5УК РФ, реализуют объективное вменение, то есть квалифицируют действия лиц, причинивших вред, исходя из наступивших последствий, независимо от того, при каких обстоятельствах он был причинен. Кроме того, работники следственных органов считают, что необходимо вменять максимально тяжкий состав преступления, а в суде разберутся. Только вот суды зачастую не разбираются, соглашаются с представителем государственного обвинения и признают человека виновным.

— Основываясь на опыте по данному делу, что Вы можете посоветовать коллегам относительно формирования позиции о необходимой обороне: какие доказательства будут говорить в пользу этой версии (показания, поведение обвиняемого)?

— Сложно давать советы, ведь каждое дело очень индивидуально, у всех коллег из нашей адвокатской корпорации разный подход к защите. Я всегда начинаю с подробнейшей беседы с подзащитным, стараюсь в мельчайших подробностях выяснить все обстоятельства произошедшего, чтобы установить, в чем заключалась реальность угрозы жизни, здоровью подзащитного в каждой конкретной ситуации.

По рассматриваемому уголовному делу я привлекал специалиста-культуролога (единственный в России по общественным организациям мотоциклистов), специалиста из Российской стрелковой организации, лидеров байкерских клубов практически всей России для того, чтобы выяснить реальные мотивы совершенного нападения на моего подзащитного. Примечательно, что в рамках судебного процесса суд изучил всю историю байкерской субкультуры в нашей стране с момента ее зарождения в конце 80-х до наших дней.

Я всегда в своей работе привлекаю различных специалистов, это позволяет расширить рамки процесса, сделать процесс интересным судье, государственному обвинителю, и если они заинтересуются обсуждаемыми вопросами, то велика вероятность, что судья «услышит» защиту и сможет принять решение, которое будет отличаться от 99% принимаемых судебных решений в нашей стране.

— По делу была проведена экспертиза на полиграфе. Она была назначена по инициативе следствия? Как был выбран эксперт?

— Психофизиологическая экспертиза назначена и проведена двум свидетелям и обвиняемому на основании ходатайства стороны защиты. Экспертное учреждение выбиралось органом предварительного следствия, мы лишь могли рекомендовать в рамках предоставленных законом прав. Исходя из оперативности изготовления заключения, было выбрано негосударственное экспертное учреждение.

Не могу не отметить, что в состоявшемся приговоре суд признал заключения эксперта психофизиолога допустимым доказательством. Я считаю, что несмотря на неоднозначное отношение ряда практиков к данному виду экспертиз, ее применение значительно расширяет возможности адвокатов в отстаивании прав и законных интересов подзащитных.

 

Анонсы будущих номеров

    Стать подписчиком


    Ваша персональная подборка

      Подписка на статьи

      Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

      Академия юриста компании


      Самое выгодное предложение

      Смотрите полезные юридические видеолекции

      Смотреть видеолекции

      Cтать постоян­ным читателем журнала!

      Самое выгодное предложение

      Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

      Живое общение с редакцией


      Рассылка




      © Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2017

      Журнал «Уголовный процесс» –
      практика успешной защиты и обвинения

      Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».

      
      • Мы в соцсетях

      Входите! Открыто!
      Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

      У меня есть пароль
      напомнить
      Пароль отправлен на почту
      Ввести
      Я тут впервые
      И получить доступ на сайт Займет минуту!
      Введите эл. почту или логин
      Неверный логин или пароль
      Неверный пароль
      Введите пароль
      ×
      Только для зарегистрированных пользователей

      Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

      У меня есть пароль
      напомнить
      Пароль отправлен на почту
      Ввести
      Я тут впервые
      И получить доступ на сайт Займет минуту!
      Введите эл. почту или логин
      Неверный логин или пароль
      Неверный пароль
      Введите пароль
      ×

      Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

      В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.