Законность действий сотрудников правоохранительных органов с точки зрения ЕСПЧ

568
Что ЕСПЧ считает эффективным и правомерным средством сдерживания некорректного поведения задержанного. При каких условиях проведения проверочной закупки в отношении лиц, занимающихся сбытом наркотических средств, будет законным
   

Горянов Юрий Игоревич, начальник отдела правого обеспечения ОРД Правового департамента МВД России, кандидат юридических наук

Одним из востребованных инструментов защиты нарушенных прав остается практика обращения граждан в Европейский Суд по правам человека (далее – ЕСПЧ или Европейский Суд). Среди жалоб граждан России, направляемых в ЕСПЧ, значительная часть затрагивает компетенцию правоохранительных органов. В статье будет дан краткий обзор и анализ практики ЕСПЧ по жалобам, рассмотренным в 2009-2010 гг, относящихся к озвученной тематике. Часть из решений ЕСПЧ интересны сами по себе, как затрагивающие наиболее применяемые в практике права сотрудников правоохранительных органов (задержание, изъятие документов, имущества и т.д.т). Другие, в частности решения, связанные с проведением оперативно-розыскных мероприятий, нуждается в дальнейшем осмыслении и выработке единого подхода, без которого невозможна эффективная профилактика и расследование тяжких и особо тяжких преступлений.

Незаконное изъятие имущества

По делу «Новиков Андрей против России» (постановление от 18.06.2009, жалоба № 35989/02) суд усмотрел нарушение ст. 1 «Защита собственности» Протокола к Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Заявитель жаловался на несоразмерное вмешательство в право на уважение его собственности, выразившимся в непринятии российскими властями мер по возврату изъятого имущества, принадлежащего заявителю, и отказе российских судов компенсировать заявителю причиненные в связи с этим убытки.
Органы милиции изъяли у заявителя – руководителя фирмы - более 22 тысяч литров топлива, которое перевозилось автотранспорте без необходимых документов. В отношении заявителя было возбужденного уголовное дело за то, что он представил поддельный документ, подтверждавший его право собственности на топливо. Впоследствии дело было прекращено. Однако имущество, переданное милицией на ответственное хранение двух организациям поочередно, было украдено. По факту кражи было возбуждено дело на сотрудников милиции, которое также было прекращено.
Попытки заявителя обязать органы МВД вернуть топливо успехом не увенчались. Тогда заявитель подал иск к государству с требованием о возмещении убытков. Эти иски не были удовлетворены ни в рамках арбитражного ни в рамках гражданского судопроизводства.
Но ЕСПЧ признал жалобу приемлемой и указал, что отказы российских судов компенсировать заявителю убытки, причиненные ему в результате несохранения властями его собственности, привели к несоразмерному вмешательству в его право на обладание «имуществом». Суд присудил заявителю 13,3 тысяч евро компенсации материального вреда.

Нарушения при задержании подозреваемого

Большое число постановлений ЕСПЧ выносится по жалобам, связанным с жестоким обращением со стороны сотрудников правоохранительных органов при задержании и допросах.
Так в постановлении по делу «Топорков против России» (по жалобе №66688/01, постановление от 27.11. 2008, вступило в силу 01.01.2010) ЕСПЧ установил нарушение властями Российской Федерации ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод «Запрещение пыток». Заявитель жаловался на проведение неэффективного расследования прокуратурой г. Кирова по факту предполагаемого жестокого обращения с заявителем со стороны сотрудников УВД по Кировской области в период задержания и допроса заявителя по подозрению в совершении им преступления.
Заявитель утверждал, что милиционеры забрали его из жилища, привезли в отделение внутренних дел, избивали его с целью принудить к признанию в грабеже. Позже, после опознания заявителя потерпевшим, заявитель был заключен под стражу. В последующем он был осужден за совершение преступления.
Практически по аналогичной ситуации ЕСПЧ вынес решения по делу «Исаев против России» (жалоба №20756/04, постановление от 22.10.2009 вступило силу 22.01.2010).
В деле «Антипенков против России» (жалоба №33470/03, постановление от 15.10.2009, вступило в силу 15.01.2010), ЕСПЧ отметил, что милиция вправе применять силу только в случаях необходимости и она должна быть соразмерной. В данном деле власти РФ не смогли убедить ЕСПЧ в том, что использование резиновых дубинок было необходимым. Во-первых, в материалах дела не было данных о том, что сотрудники милиции попытались успокоить заявителя не применяя насилие. Во-вторых, ЕСПЧ посчитал, что удар резиновой дубинкой вряд ли был можно считать эффективным средством сдерживания некорректного поведения задержанного. По мнению Суда, пристегивание наручниками было был более действенным средством для усмирения заявителя. В итоге рассмотрения жалобы ЕСПЧ присудил заявителю компенсацию в размере 6 тысяч евро.

Позиция по «проверочной закупке»

Выявленные Европейским Судом нарушения положений Конвенции и дополняющих ее протоколов нередко влекут не только необходимость корректировки национального законодательства. Однако, к сожалению, и решения и ЕСПЧ и изменения закона не всегда адекватно учитывают специфику и практику, что в итоге приводит к сложностям при расследовании дел.
Например, одним из знаковых решений ЕСПЧ можно назвать постановление ЕСПЧ от 15.12.2005 по делу «Ваньян против Российской Федерации» (жалоба N 53203/99).
Напомним, что ссылаясь на ст. ст. 6, 8 и 13 Конвенции, заявитель жаловался на то, что сотрудники милиции Е.Ф. и М.Б., действуя через своего агента О.З., спровоцировали его совершить преступление в виде приобретения и сбыта наркотических веществ в нарушение ч. ч. 1 и 4 ст. 228 УК РФ.
В своем постановлении ЕСПЧ наряду с прочим отметил, что требования справедливого судебного разбирательства по уголовным делам, содержащиеся в статье 6 Конвенции, ведут к тому, что публичные интересы в сфере борьбы с оборотом наркотических веществ не могут служить основанием для использования доказательств, полученных в результате провокации со стороны милиции.
Также было обращено внимание, что если преступление было предположительно спровоцировано действиями тайных агентов и ничто не предполагает, что оно было бы совершено и без какого-либо вмешательства, то эти действия уже не являются деятельностью тайного агента и представляют собой подстрекательство к совершению преступления. Подобное вмешательство и использование его результатов в уголовном процессе могут привести к тому, что будет непоправимо подорван принцип справедливости судебного разбирательства
Наряду с прочим ЕСПЧ постановил, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции применительно к жалобе на осуждение в результате провокации со стороны милиции.
 В связи с установленными нарушениями положений Конвенции Европейский Суд обязал власти Российской Федерации выплатить Ваньяну Г.А. 3000 евро в качестве компенсации морального вреда и 370 евро в возмещение судебных издержек и расходов.
Спустя некоторое время Федеральным законом от 24.07.2007 № 211-ФЗ были внесены корректировки в Федеральный закон от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». В частности, в ч.8 ст.5 данного закона был установлен запрет органам, осуществляющим ОРД, подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация) и фальсифицировать результаты оперативно-розыскной деятельности.». Хотя, казалось бы этот запрет всегда существовал и в УК РФ.
Решение ЕСПЧ по делу «Ваньян против России» вызвало широкий резонанс. В практике остро встал вопрос о принципиальной возможности уголовного преследования в случае раскрытия преступления по делам о незаконном обороте наркотических средств с использованием ОРМ «проверочная закупка». Данное мероприятие является одним из основных средств получения как оперативно значимой, так и доказательственной информации по делам, связанным с незаконным оборотом наркотиков.
Закон о ОРД не содержит определений оперативно-розыскных мероприятий. Содержание понятия «проверочная закупка», как и других ОМР, определяется ведомственными нормативными актами, по-разному раскрывающими содержание этого мероприятия.
Принимая во внимание данное обстоятельство зачастую достаточно сложно провести грань между правомерными действиями должностных лиц органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, и действиями, «провоцирующими» общественно опасное деяние. Это свою очередь, не исключает повторения ситуаций, аналогичных делу Г.А. Ваньяна.
Напомним, что принятое Пленумом Верховного Суда РФ постановление от 15.06.2006 № 14 обозначило условия недопущения провокации при проведении проверочной закупки наркотических средств и психотропных веществ в ходе осуществления оперативно-розыскной деятельности. Так, в пункте 14 указанного Постановления указывается, что результаты ОРМ могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона и свидетельствуют о наличии у виновного умысла на незаконный оборот наркотических средств или психотропных веществ, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, а также о проведении лицом всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния. Это уточнение имеет принципиальное значение, так как позволяет дифференцировать правомерные действия, осуществляемые в рамках оперативно-розыскных мероприятий - проверочной закупки и оперативного эксперимента, от провокации.
Поскольку проверочная закупка является распространенным инструментом раскрытия преступлений, использующимся во многих странах, «подсудных» Европейскому суду, представляется, что ЕСПЧ в решении по делу «Ваньян против России» не давал общую отрицательную оценку применения указанного мероприятия в целях выявления и пресечения преступлений.
«Контпример».
В качестве обоснования высказанного тезиса можно привести подход ЕСПЧ к делу «Кодола против Российской Федерации» (жалоба №3960/09). В данной жалобе заявителем поднят вопрос о нарушении его основных прав и свобод при осуществлении в отношении него оперативно-розыскной деятельности.
Суть дела состоит в следующем. В органы внутренних дел обратился П., который сообщил, что ему известен гражданин «Влад», который занимается хранением и сбытом наркотического вещества «героин». П. дал свое добровольное согласие на участие в оперативно-розыскных мероприятиях, направленных на пресечение противоправной деятельности указанного гражданина.
Органами внутренних дел было вынесено постановление о проведении проверочной закупки наркотического вещества «героин» у гражданина «Влада». В этот же день в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий после передачи П. полиэтиленового свертка был задержан Кодола В.С., у которого при личном досмотре изъяты денежные купюры, ранее выданные П. Проведенным в последующем исследованием было установлено, что в свертке находится наркотическое вещество «героин» общим весом 1,07 грамм.
Кодола В.С. был привлечен к уголовной ответственности по п.«б» ч. 2 ст. 228.1, ч.3 ст. 30 УК РФ.
Европейским Судом по существу данного дела к российским властями был задан ряд вопросов, среди которых заслуживают особого внимания следующие.
Был ли заявитель спровоцирован сотрудниками правоохранительных органов, действовавшими через своих агентов, к совершению преступления по сбыту наркотического средства? Если нет, то на основании каких данных можно сделать разумное предположение, что заявитель совершил бы аналогичное преступление и без вмешательства со стороны правоохранительных органов?
Подвергался ли заявитель какому-либо давлению и/или влиянию в форме уговоров, угроз, убеждений (иное) со стороны агентов правоохранительных органов с целью склонить/вынудить его к совершению преступления, которое в противном случае заявитель никогда бы не совершил?
На момент принятия решения о проведении «проверочных закупок» располагали ли правоохранительные органы информацией о том, что заявитель занимается незаконным сбытом наркотических веществ и/или информацией, свидетельствующей о наличии у заявителя заранее сложившегося умысла на совершение подобных преступлений? Если да, то была ли получена такая информация из источников, поддающихся проверке на достоверность и не связанных с лицами, участвовавшими в осуществлении оперативно-розыскных мероприятий в отношении заявителя?
Анализ данных вопросов позволяет прийти к выводу, что ЕСПЧ дифференцировано оценивает правомерность проведения проверочной закупки в целях пресечения противоправной деятельности лиц, занимающихся сбытом наркотических средств.

Вместе с тем в отечественной практике, по всей видимости, с учетом решения по делу «Ваньян против России», правомерность проведения оперативными подразделениями проверочной закупки по рассматриваемой категории дел в ряде случаев оценивается односторонне. В МВД РФ скапливается имеется информация о возникающих трудностях в ряде субъектов РФ в возбуждении уголовных дел по статье 228.1 УК РФ по результатам проводимых проверочных закупок наркотических средств, гражданами, оказывающими содействие оперативным подразделениям органов внутренних дел. В частности, некоторые органы прокуратуры трактуют это как подстрекательство к совершению преступления. С данной позицией нельзя согласиться.

Позиция по негласным ОРМ

Определенные вопросы взывает сформированная ЕСПЧ позиция, как явно игнорирующая положения действующих законодательных актов РФ. С этой точки зрения заслуживает внимания дело «Быков против России» (Постановление ЕСПЧ от 10.03.2009. жалоба № 4378/02).
В данном деле заявителем обжаловалось необоснованное продление срока содержания под стражей до суда, применение технических средств скрытого наблюдения, а также использование результатов такого наблюдения против заявителя в суде. ЕСПЧ установлено, что по делу допущено нарушение требований п. 3 ст. 5 и ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
В постановлении ЕСПЧ указывалось, что в российском законодательстве нет предусмотренного законом предписания, регулирующего перехват и запись частных сообщений с использованием радиопередатчика. П. 82, 83 постановления Европейского Суда содержат утверждение, что вмешательство в право заявителя не было «предусмотрено законом», как того требует ч.2 ст.8 Конвенции. Таким образом, имело место нарушение ст. 8 Конвенции.
Следует отметить, что в содержащихся в постановлении Европейского Суда выдержках ст. 6 Закона об ОРД отсутствует ч. 3 ст.6, согласно которой в ходе проведения ОМР используются информационные системы, видео- и аудиозапись, кино- и фотосъемка, а также другие технические и иные средства, не наносящие ущерба жизни и здоровью людей и не причиняющие вреда окружающей среде.
Вместе с тем, Закон об ОРД определяет оперативно-розыскную деятельность, как вид деятельности, осуществляемой гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-розыскных мероприятий в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств (ст.1), устанавливает основания и условия сё осуществления, а также перечень оперативно-розыскных мероприятий, который является исчерпывающим и может быть изменен или дополнен только федеральным законом (ст.6, 7 и 8).
Использование в ходе проведения ОМР информационных систем, видео- и аудиозаписи, кино- и фотосъемки, а также других технических и иных средств, имеет целью фиксацию хода и результатов проведения соответствующих ОМР и не является самостоятельным оперативно-розыскным мероприятием. По смыслу Закона об ОРД, применение технических средств, в том числе средств аудиозаписи, осуществляется в рамках общего порядка проведения соответствующих оперативно-розыскных мероприятий и само по себе не предопределяет необходимость вынесения о том специального судебного решения. Судебное решение признается обязательным условием для проведения отдельных оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих конституционные права человека и гражданина, а не для фиксации их хода и результатов. Данная позиция нашла своё подтверждение в определениях Конституционного Суда РФ от 11.07.2006 № 268-0 и от 16.11.2006 № 454-0.
Перечень видов специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации в процессе осуществления ОРД, утверждённый постановлением Правительства РФ от 01.07.1996 № 770, содержит п. 1 «Специальные технические средства для негласного получения и регистрации акустической информации». Таким образом, действующие на момент рассмотрения дела положения Закона об ОРД Европейским судом учтены не были, по всей видимости, ввиду задержки в их представлении.
    
В заключение хотелось бы отметить, что в настоящее время прогрессирует практика использования постановлений ЕСПЧ в качестве источников права, как в постановлениях Конституционного Суда РФ, так и в решениях судов общей юрисдикции. Более того, в изданных в последние годы актах органов государственной власти встречаются упоминания о решениях ЕСПЧ как о системе «прецедентного права», а также содержится оценка таких решений в качестве прецедентов.
Подобной ситуации можно дать различную оценку.
С одной стороны среди юристов распространено мнение о том, что решения ЕСПЧ, вынесенные в соответствии с Конвенцией, должны учитываться при рассмотрении конкретных дел судами РФ.

Вместе с тем, несмотря на закономерные процессы имплементации европейских конвенций во внутреннее законодательство России подобная практика указывает на смешивание континентальной системы права с принципами англосаксонской правовой системы, источником которой, как известно, выступает прецедент. Данная проблема вызывает, по меньшей мере, настороженность на фоне проводимой государственной политики верховенства права, как основного фактора, обеспечивающего единство правоприменения.

Скоро в журнале «Уголовный процесс»

    Узнать больше


    Ваша персональная подборка

      Подписка на статьи

      Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

      Академия юриста компании


      Самое выгодное предложение

      Смотрите полезные юридические видеолекции

      Смотреть видеолекции

      Cтать постоян­ным читателем журнала!

      Самое выгодное предложение

      Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

      Живое общение с редакцией


      Рассылка




      © Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2017

      Журнал «Уголовный процесс» –
      практика успешной защиты и обвинения

      Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Уголовный процесс».

      
      • Мы в соцсетях

      Входите! Открыто!
      Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

      У меня есть пароль
      напомнить
      Пароль отправлен на почту
      Ввести
      Я тут впервые
      И получить доступ на сайт Займет минуту!
      Введите эл. почту или логин
      Неверный логин или пароль
      Неверный пароль
      Введите пароль
      ×
      Только для зарегистрированных пользователей

      Всего минута на регистрацию и документы у вас в руках!

      У меня есть пароль
      напомнить
      Пароль отправлен на почту
      Ввести
      Я тут впервые
      И получить доступ на сайт Займет минуту!
      Введите эл. почту или логин
      Неверный логин или пароль
      Неверный пароль
      Введите пароль
      ×

      Подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

      В рассылках мы вовремя предупредим об акции, расскажем о новостях в уголовном праве и процессе и изменениях в законодательстве.